December 19th, 2016

promo pravoslavnaa january 1, 2017 17:27 3
Buy for 20 tokens
Начало XXI века совпало со знаменательной датой 2000-летия Рождества Христова. Мы современники, которым посчастливилось стать свидетелями такого знаменательного рубежа веков и многих юбилеев, в первую очередь 300-летие основания нашего города. Незаметно летит время, в ушедшем году мы уже отметили…
Рита  Мартин

День тезоименитства Государя Императора Николая II

В свидетельствах о чудесах святого Царя-Мученика Николая, явленных в последнее время, характерны черты, сближающие его со святителем Николаем Чудотворцем. Он спешит к тем, кто в беде, в опасности, кто потерял дорогу. Особенно сострадателен Царь к простым людям, которых так любил и с которыми так легко находил общий язык при жизни.
Он часто приходит на помощь никогда не искавшим его заступничества – тем, кто как бы олицетворяет весь наш обманутый народ, за который Государь положил жизнь и который предал его своим отвержением или равнодушием.
…Долго не решалась сообщить о событии, которое произошло со мной, православной христианкой Михайловой Евгенией Николаевной, и моей знакомой Мироновой Любовью Флорентьевной в 1991 году, в октябре месяце.
В тот год, 15-го октября мы поехали за клюквой на болото в деревню Красницы, что в 25-ти км от Пушкина. Набрав ягод, мы еще засветло – в 16 час. 30 мин., стали выбираться из болота на сушу, но выйти не смогли, хотя находились недалеко от нужной тропы. Осенью темнеет быстро, и вскоре мы уже потеряли ориентир – болото огромное, тропинок много. Тогда мы пошли на звук электрички и заблудились совсем.
Я стала читать вслух молитвы, но чем дальше мы шли, тем места становились непроходимее – топи, поваленные деревья, и дороги назад тоже не было. Темнота надвинулась разом, кричать безполезно – кругом ни души. Я продолжала молиться и идти, проверяя палкой на ощупь глубину воды. И вдруг вспомнила, словно меня озарило, случай, описанный в книге «Письма Царской Семьи из заточения», – о том, как отряд казаков попал в окружение в болотах, и вместе с ними – обоз с детьми и стариками, и священник среди них.
Они стали молиться Царским Мученикам и вышли к своим. И я начала читать в небо молитву, которая на тот момент сложилась в моем сердце: «Убиенный благоверный Царь-Мученик Николай, убиенная Царица-Мученица Александра, убиенные Мученицы Великие Княжны Ольга, Татиана, Мария, Анастасия, убиенный Мученик Царевич Алексий и все убиенные с ними, ради Господа нашего Иисуса Христа, выведите нас из этого темного леса, из топкого болота! Царские Мученики, спасите нас, рабу Божию Евгению и Любовь!» Это была молитва надежды и отчаяния, в абсолютной темноте и среди топи – мы щупали почву палкой и шли, куда – уже не знали совсем.
Прокричала я два раза мою молитву – и что-то в темноте засветилось. Это был сук от дерева, без коры, и еще, и еще. Хватаясь за них, мы прошли по длинному дереву, под ногами уже не было воды. Вытянув руку вперед, как слепая, я шла и продолжала кричать в небо свою молитву, Любовь шла за мной. Молитв через пять мы вышли на широкую просеку. Светила луна, видны были на дороге следы, и мы долго шли по этой тропе до Сусанина. Проплутав в темноте шесть часов, приехали домой в полночь, не веря самим себе, что мы живы. Я заказала панихиду по Царским Мученикам (Царская Семья была прославлена нашей Церковью в 2000 году. – Примеч. ред.), и с тех пор для меня Царь-Мученик Николай II и его Семья – святые, наши спасители.
+ + +
Будем молиться двум святым Николаям Угодникам – святителю Николаю Чудотворцу, древнему покровителю Русской земли, и святому Царю-Мученику Николаю, чтобы заступничеством их вывел Господь народ наш из той гибельной трясины, в которой мы оказались.
По книге «Чудеса Царственных Мучеников». СПб., 1995
http://3rm.info/publications/53501-den-tezoimenitstva-gosudarya-imperatora-nikolaya-ii.html
Рита  Мартин

КО ДНЮ РОЖДЕНИЯ ИМПЕРАТОРА: ОБРАЗ ВОРОБЬЯ В ПОВЕСТИ ИЛЬИ СУРГУЧЕВА .Автор: Андрей Мановцев

КО ДНЮ РОЖДЕНИЯ ИМПЕРАТОРА:
ОБРАЗ ВОРОБЬЯ В ПОВЕСТИ ИЛЬИ СУРГУЧЕВА

19 мая - день церковной памяти Иова Многострадального и день рождения Николая II. К сожалению, документальных свидетельств о детстве его очень мало, а единственное подробное повествование о ранней поре его жизни, хоть и вызывает доверие, не может считаться историческим документом: это художественное произведение. В день рождения Царя-Мученика вспомним, каким он был, и обратимся, хоть и не сразу, к одному удивительному образу в книге о нем.
В характере последнего нашего Царя было столько же сострадательности, сколько и простоты. Во время германской войны он мог без предупреждения заехать в прифронтовой лазарет и, не обращая внимания на переполох, вызванный его появлением, общаться с самыми тяжелыми ранеными - ради их ободрения. Он «плакал с плачущими», по заповеди апостола Павла. А если бы не «радовался с радующимися», если б не оказывал, с радостью, поддержку всякому благому начинанию, Россия не пережила бы тот небывалый подъем, которым знаменовались отпущенные ей последние шесть-семь мирных лет между «первой русской революцией» и войной 1914 года.
nikII_1.jpgНе было горшей скорби для Царя, чем сознание собственной ответственности за гибель невинных людей. Он тяжело переживал и трагедию на Ходынском поле, и трагедию 9 января 1905 года. Прощаясь с армией в Ставке, после отречения от престола, Государь не преминул сказать главному полевому интенданту, напоминая о недавнем с ним разговоре: «Непременно достаньте, что нужно. Я не сплю, когда думаю, что армия голодает». Будучи под арестом, Государь продолжал болеть за страну. Известия о творимых повсюду безобразиях вместе с известиями о военных поражениях и, в итоге, о позорном Брестском мире заслонили от царя сознанье того, что                           Николай Второй в 1870 году        решение отречься было принято им перед лицом Божиим. И Государь терзался из-за видимой бесплодности принесенной им жертвы, но виду не подавал и старался оказывать всем лишь поддержку. Доброжелательно и просто относился он к солдатам охраны. Даже в Екатеринбурге, где со стороны охраны были уже только грубость и беззастенчивость, а режим был просто тюремным, Царь не держал на тюремщиков обиды.
Никогда не отклонял он просьб о помиловании. Однажды Царь простил революционера; и этот случай стоит того, чтоб рассказать о нем подробнее. Шел 1908 год. Смута была уже фактически позади, но против революционеров еще принимались суровые меры. Как-то, когда царская семья находилась в Петергофе, дежурный генерал-адъютант Орлов решился побеспокоить Царя, несмотря на то, что было уже около 12 ночи. Генерал подал Царю прошение от невесты социалиста-революционера, которого должны были завтра казнить. Жених этой девушки раскаивался в своей деятельности; он был болен чахоткой и хотел умереть своей смертью. Государь сказал генералу: «Я очень благодарю Вас. Когда можно спасти жизнь человеку, не надо колебаться». Меры были приняты, человек был избавлен от казни, более того, по инициативе Государыни, опекавшей туберкулезные лечебницы, он был направлен на излечение в Крым и там - выздоровел. Генерал Орлов получил через год письмо, где об этом сообщалось, с выражениями благодарности и преданности Государю.
nikII_2.jpgДостоин внимания и такой, хоть и совершенно незначительный, эпизод, бывший в Ставке в декабре 1916 года. Чувствовалось, что надвигаются грозные события, и один из генералов, Лукомский, захотел предупредить Государя. При случае, оказавшись один на один с Государем, Лукомский попросил разрешения доложить о вопросе постороннем, не относящемся к военному делу. Царь поднял на генерала глаза, как-то особенно внимательно посмотрел на него и, взяв за руку, сказал мягко, с доброй улыбкой: «Нет, Лукомский, у нас нет времени. Нас ждут на совещании. А вот я вижу у вас два набитых портфеля, так я вам помогу и возьму один». Как ни старался растерявшийся генерал помешать Его Величеству, Государь взял один портфель.                     1876. К маме прижалась Ксения
Всем известно, какими сострадательными были Царские Дети. Как говорится в одной молитве к Мученицам-Царевнам: «... любовь велию имуще ко всем, наипаче к страждущим, имже послужисте по заповеди Христовой: болен и посетисте Мене». Цесаревич Алексей заметил однажды, что солдат, стоящий на посту, потихоньку плачет. А объяснить причину - отказывается! Тогда мальчик, чувствуя полное право за собой, воскликнул: «Я тебе приказываю сказать, почему ты плакал!». Воин признался, что получил из дому письмо: пала единственная корова. Наследник тут же сообщил об этом родителям, и солдату была оказана помощь.
Дети следовали примеру родителей. Также и Царь Николай II был воспитан добрым и отзывчивым - своими родителями. Великий Князь Александр Александрович (будущий Царь Александр III) в одном из писем признавался жене (неизвестно, правда, что он имел в виду): «То, что ты мне пишешь про Ники, когда он получил мое письмо, меня, правда, очень тронуло, и даже слезы показались у меня на глазах, это <...> еще раз показывает, какое у него хорошее и доброе сердце. Дай Бог, чтоб это всегда так было».
nikII_3.jpgЕсть небольшая книга русского писателя Ильи Сургучева «Детство Императора Николая II» (вышла в Париже отдельным изданием в 1953 г.; в последнее время не раз издавалась в России). Она представляет собою сделанный от первого лица пересказ воспоминаний полковника Владимира Олленгрэна (в действительности он носил фамилию Оллонгрен), мать которого пригласили быть учительницей и воспитательницей великих князей Николая Александровича (Ники, которому шел восьмой год) и его брата Георгия Александровича (еще тогда Жоржика, которому было пять лет). Олленгрэн был старше Ники всего лишь на год, и, по воле Александра Александровича, определен был жить во дворце со своею матерью и                                Ники и Жоржик                            воспитываться вместе с Ники и Жоржиком. Книга И. Сургучева исполнена такой любовью и написана так живо и выразительно, что сообщает что-то драгоценное, связанное с домом Романовых, что иначе, как художественными средствами, не передашь.
В этой книге пятнадцать коротких глав, одна из которых, третья от конца, называется «Воробей» и посвящена спасению выпавшего из гнезда воробьиного птенца. Юный Олленгрен, подобравший воробья, как человек «видавший виды» и практический, отдает команды, которые мгновенно исполняются. Требует ваты, к примеру - появляется вата. «Ни один воробей, - рассказывает он в повести, - с самого сотворения мира, не имел пищи, приготовленной с таким умопомрачительным почетом». Процитируем далее пространный отрывок, дав слово Олленгрену, а читателю, незнакомому с книгой Сургучева, предоставив возможность почувствовать, как она написана: «... несмотря на весь этот почет, моя трезвая, санчопансовская голова тревожилась только об одном: как бы из всего этого приключения не получилось крупных неприятностей. <...> «У нас же - не как у людей», - размышлял я и рассчитывал только на то, что спасенный воробей из благодарности должен умолить Бога. Я отлично помнил слова Аннушки (служанки - А.М.), однажды сказавшей: «Если хочешь молитвы к Богу, то ни поп, ни чиновник не поможет. Проси зверя, чтоб помолился. Зверю у Бога отказу нет». И я мысленно обратился с этой просьбой к воробью. Воробей, закутанный в вату, смотрел на пролетавших мух неодобрительно, и каковы его думы - сказать было трудно. Мои думы о молитве были переданы по наитию Ники, и Ники вдруг сказал: «Надо помолиться за воробушка: пусть его Боженька не берет - мало у Него воробьев?». И мы, вообще любившие играть в церковную службу, внимательно за ней следившие, спрятавшись за широкое дерево, отслужили молебен за здравие воробья, и воробей остался в живых».
nikII_4.jpgСтоит заметить, что на страницах повести «Детство Императора Николая II» воробей появляется заранее и как бы исподволь, в контексте мальчишеских размышлений Володи Олленгрена. То речь идет о стеснительности светских условностей (из-за платка в кармане спрятанный в нем воробей задыхается, мол, и начинает... «икать»!), то - о свободе: Володя сравнивает запертого во дворце товарища (Ники) с воробьем в коробке, которому лишь дырочка проковырена для воздуха. И вдруг целая глава - «Воробей»!
Действительно, что может лучше, чем воробей, символизировать... рядовое живое существо? А поскольку речь идет о птице, то и - живую душу? Вот и думается, что не для одной уморительности (весьма характерной для книги) приведены слова Ники: «Надо помолиться за воробушка: пусть его Боженька не берет - мало у Него воробьев?».   Николай Александрович в возрасте шести лет   Самое главное в этих словах - оттенок возмущения, и на Кого? Тут-то и чувствуется бездна любви и то предстояние за каждую душу, которое станет уделом нашего Государя, и на крестном пути земной его жизни, и после мученической кончины. Увы, не все в нашей Церкви почитают Николая II, и совсем не все ему молятся. Но имеющие опыт молитвенного обращения к Царственным Мученикам могут засвидетельствовать: они - наши предстоятели, буквально за каждого.
Приведем в заключение одну из молитв, обращенных к Царю-Мученику, из тех, что были составлены после прославления (1981) еще в Зарубежной Церкви: «Воспеваем тя, царю мучениче, и многострадальный страстотерпче, понеже всех в сердце своем вмещал еси, якоже Павел апостол, алчущаго насыщая, скорбящаго утешая и страждущему соскорбя, о заблуждающих печалуя, осужденнаго злодея милуя, клевету и неправду кротко снося, о вере и благочестии ревнуя, славу и богатство мира сего ни во что же вменяя, паче же отягощаяся ими, попечение о мире всего мира имея, любовию ко всем пламенея. Приими и нас в сердце твое, о многострадальный царю и великий страстотерпче, и моли милостиваго Бога, да помилует нас, и подаст нам крепость подражатели твои быти».

Публикуется по: http://www.taday.ru/text/1056008.html
http://www.nashaepoha.ru/?page=obj67854&lang=1&id=6162

английская  актриса

ГОД СВ.ИОАННА КРОНШТАДТСКОГО .ПРАЗДНОВАНИЯ 100-ЛЕТИЯ СВ.ИОАННА КРОНШТАДТСКОГО В РОССИИ 1908 – 2008

«Она являлась образцом и примером служения православной матушки»
Исполняется 100 лет со дня преставления матушки св. Иоанна Кронштадтского - Елизаветы Константиновны Сергиевой

Отец Иоанн Кронштадтский и матушка Елизавета Константиновна (худ. Юрий Ступица)«22 мая / 4 июня 2009г исполняется 100 лет cо дня преставления Елизаветы Константиновны Сергиевой – матушки святого праведного отца Иоанна Кронштадтского. Этот юбилей, конечно же, небезразличен для всех почитателей Всероссийского пастыря и великого угодника Божия», – сообщил "Русской линии" настоятель Леушинского подворья в Санкт-Петербурге, директор мемориальной квартиры св. Иоанна Кронштадтского протоиерей Геннадий Беловолов.

«Матушка Елизавета Константиновна пережила своего супруга всего лишь на пять месяцев и последние месяцы провела в глубокой молитве, носила подрясник отца Иоанна и каждый день причащалась. Она была погребена у Андреевского собора в Кронштадте, где предполагали похоронить самого отца Иоанна Кронштадтского. К сожалению, при взрыве собора могила была тоже уничтожена и до сих пор ещё не обретена», – напомнил отец Геннадий.

«В столетний юбилей памяти Елизаветы Константиновны можно сказать, что она никогда себя не выставляла вперед батюшки, являла собой образец смирения и кротости, столь необходимых в подвиге матушки, и являлась образцом и примером служения православной матушки», – подчеркнул священник.

«В честь столетия памяти Елизаветы Константиновны в мемориальной квартире отца Иоанна в Кронштадте сегодня состоялся вечер памяти. Здесь собрались родственники Елизаветы Константиновны, в частности, Галина Николаевна Шепякина, представители православного духовенства (игумен Арсений из Троице-Сергиевой лавры, отец Андрей из Тихвина), представители общественности. Была отслужена панихида памяти Елизаветы Константиновны. Игумен Арсений передал в дар фонду мемориальной квартиры уникальную фотографию с автографом отца Иоанна Кронштадтского. В память матушки у дома, где она жила посадили кусты сирени и цветы – это наше приношение ей. Мы к юбилею также выпустили открытку, на которой изображены отец Иоанн Кронштадтский и матушка Елизавета», – сообщил отец Геннадий.

«Этот день памяти очень важен как в плане почитания самого Иоанна Кронштадтского, так и как почитание образа служения матушки православного священника, столь важного в наше время», – заключил протоиерей Геннадий Беловолов.

Елизавета Константиновна родилась 4 мая 1829 года, в городе Гдове, где отец ее, протоиерей Константин Несвицкий, служил в городском соборе и был благочинным церквей Гдовского уезда. Переведенный в Кронштадт ключарем Андреевского собора, он, по слабости здоровья, не мог долго занимать это место и в 1855 году передал его священнику Иоанну Сергиеву, женившемуся на дочери его. "Как отец Иоанн никогда не жил личною жизнью, отдавая себя на служение человечеству, так и Елизавета Константиновна никогда не жила для себя, только круг ее деятельности складывался уже, ограничивался служением родным и близким; их радостями она радовалась, их скорбями скорбела", – вспоминала о ней ее племянница Р. Г.Шемякина.

Елизавета Константиновна Сергиева«Я помню ее, когда ей было лет сорок пять. Очень подвижная, с добрым, благообразным лицом, вечная хлопотунья, она любила всех обласкать, пригреть и накормить; как сейчас смотрю на нее, подвязанную белым передником, в кухне, делающую сладкий пирог; любила она сама постряпать, сама купить провизию, сама за всем присмотреть, чтобы все было чисто и вкусно. Сколько раз, помню, дядя, отведывая любимый яблочный пирог, приговаривал: "Мастерица ты у меня стряпать пироги". Приветливая, всегда ровная, ласковая, Елизавета Константиновна любила, когда кто из знакомых навещал ее; тогда она прямо закармливала гостя или гостью, а дядя, видя ее гостеприимство и искренность, не один раз говорил, указывая на хлопотливую хозяйку: "Настоящая она матушка", – писала Шемякина. – К своему великому супругу-молитвеннику тетя, как только я себя помню, всегда относилась с благоговейной любовью и почтительностью. Когда он, усталый, приезжал домой с треб или из храма Божиего, она торопилась снять с него сапоги, помочь разуться и заботливо укрывала его, укладывая отдохнуть в постель. Тогда мертвая тишина водворялась в квартире: так ревниво оберегала тетя кратковременный отдых труженика-пастыря. (…) Глубоко верующая и религиозная, матушка только и надеялась на милосердие Божие и всем сердцем стремилась к спасению душевному (…) Нельзя не остановиться с удивлением на двух ее отличительных чертах: крайнем смирении и кротости; в этих двух высочайших добродетелях христианских выказалось все величие ее души. Ни на кого тетя не сердилась, ни на кого не имела злобы. Если кто и огорчал ее, делал ей неприятное, она безропотно сносила и от души прощала всем. (…) Никогда не позволяла себе тетя входить в дела великого пастыря и молитвенника, никогда она не старалась выдвинуться и стать наряду с ним; оставаясь постоянно в тени, она сияла отблеском его славы, она светилась отражением высоких христианских его добродетелей».

источник:   Русская линия   04.06.2009

http://leushino.ru/ioann/100let/elisavet_100let.html