December 7th, 2016

Рита  Мартин

Строительство храма святой равноапостольной Марии Магдалины


Иерусалимский архитектор Конрад Шик наблюдает за ходом работ во время строительства храма св. Магдалины в Гефсимании
1885-1888 гг. Фото отца Тимона
Прошение архимандрита Антонина получило дальнейший ход и помощь в благоустройстве колоколов для Гефсиманской звонницы поступила из России от протоиерея Аристарха Израилева, который удостоился за это дело особых почестей и так, «что Государю Императору благоугодно было Всемилостивейше пожаловать наперсный крест, украшенный драгоценными камнями Ростовско-Рождественского женского монастыря о. протоиерею Аристарху Израилеву, в награду за его труды по устройству гармонического звона 6 колоколов, назначенных для строящегося, на средства Государя Императора и Его Августейших Братьев, в Гефсимании, близ Святого Града Иерусалима, храма во имя святой равноапостольной Марии Магдалины и в память в Бозе почившей Государыни»[30].

Колокола храма св. Марии Магдалины в Гефсимании, доставленные в Иерусалим 9 декабря 1886 года
9 декабря колокола, упакованные в 4 бочках и 1 ящике были получены в Одессе от имени Совета Общества Уполномоченным ППО в Одессе М.И. Осиповым и отправлены в этот же день на пароходе «Лазарев» в Яффу на имя Российского консула Д.Н. Бухарова[31].

Строительство храма св. Марии Магдалины. 1885-1888 гг. Фото отца Тимона
Известен факт, что архимандрит Антонин как любитель строгой византийской архитектуры, поначалу достаточно скептические относился к архитектурному проекту Д.И. Гримма. По этому поводу он иронично высказывается в своем письме от 22 сентября 1886 года секретарю ППО М.П. Степанову, сообщая в нем в целом сведения о ходе строительства храма: «Дело идет весьма успешно. Разные оконные финтифлюшки и выкомуры печального Русского стиля мы делаем т о ч е н ы е (конечно из твердого камня)»[32]. Далее в другом письме тому же М.П. Степанову, но от 3 июня 1887 года отец Антонин сетует на неустроенность в проекте внутреннего убранства храма: «А внутренность? Увы! Темна, тесна, вытянута, вымучена, просто страшна»[33]

Строительство храма св. Марии Магдалины. 1885-1888 гг. Фото отца Тимона
В этом же документе отец Антонин упоминает участие в строительстве Гефсиманской церкви двух итальянских архитекторов Антоно Лонгодорно и Иоанну Баптиста Бизелли, уже самым похвальным образом отличившиеся в постройке колокольни и церкви Вознесенского монастыря на вершине горы Елеон «и тот и другой принимали участие в Гефсиманской постройке» и ходатайствует о них «если бы можно было дать первому золотую медаль «За искусность» (усердие… труд…) на шею, а второму – в петлицу, на «Станиславской ленте»[34]. Так или иначе, эта неустроенность вдохновила неутомимого Палестинского труженика на замечательную творческую идею внутреннего оформления храма: «Чтобы сделать ее соответствующей внешности, необходимо расписать ее гениальною кистью, чтобы взять ее не мытьем, то катанье по пословице. Придется написать в трех простенках – южном, западном и северном – не месте закрытых окон, по картине из жизни Св. Марии Магдалины, напр., ее исцеление от ужасного недуга, ее стоянии при Кресте Христовом и встречу е со Христом по Воскресении. Но как украсить всю громадную поверхность восточной стены над иконостасом? Место самое видное во всем храме, и самое темное и голое, от самого пола до самого выспреннего фонаря (по г. Гримму – купола)? Вот бы изобразить, исторически и топографически и всячески верную, сцену поднесения Мироносицей императору красного яйца, со словами: «Христос Воскресе!»[35].

Интерьер церкви св. Марии Магдалины в Гефсимании. Фото отца Тимона 1888 г
Выполнение икон для алтаря храма было поручено известному русскому художнику-портретисту, пишущему, в том числе и в историческом жанре Василию Петровичу Верещагину[36], прославившемуся уже к этому времени известными живописными работами на библейские и исторические темы, а также написанием икон для главных иконостасов храма Христа Спасителя в Москве и Успенского собора Киево-Печерской лавры[37]. Написанные художником в России иконы прибыли в Одессу 22 августа 1887 года и были отправлены в Яффу на пароходе «Корнилов» на имя консула В.Н. Тимофеева с просьбой отправить их в Иерусалим[38].

Храмовая роспись покаяния Марии Магдалины

Храмовая роспись "Мария Магдалина у креста".

Храмовая роспись "Мария Магдалина у ног Воскресшего Спасителя"
Под наблюдением художника-реставратора П.К. Соколова в июне 1888 года в интерьере Гефсиманского храма совершили установку четырех полотен из жизни св. Марии Магдалины[39].
© Павел Викторович Платонов


Россия в красках,откуда брались материалы
Использование фотографий с фотоархив Иерусалимского отделения

Использование фотографий с сайта Паломник было до Сентября 2011 года
http://web.archive.org/web/20101102195251/http://palomnic.org/gallery/main.php
изменено на сегодняшний день http://palomnic.org/gallery/main.php

Литература

[1] Великий князь Сергей (Сергий) Александрович (29 апреля (11 мая) 1857 Царское Село — 4 (17) февраля 1905, Москва) — пятый сын Александра II; Московский градоначальник, генерал-губернатор. Председатель Императорского Православного Палестинского Общества. Супруг великой княгини Елизаветы Феодоровны. Погиб от бомбы террориста Каляева в 1905 году.

[2] Архимандрит Антонин (в миру — Андрей Иванович Капустин; 12 августа 1817, с. Батурино, Шадринский уезд, Пермская губерния — 24 марта 1894, Иерусалим) — священнослужитель Русской Православной Церкви, ученый-византинист, начальник Русской Духовной Миссии на Святой Земле (1865—1894). За многолетние труды архимандрит Антонин был избран в разное время почётным членом Императорского Православного Палестинского Общества, почётным членом Императорского археологического общества, Одесского общества истории и древностей, Афинского археологического общества, Немецкого восточного археологического общества и др. В 1865 году он был командирован в Иерусалим в качестве начальника заведующего Русской Духовной Миссией после вынужденного ухода архимандрита Леонида (Кавелина). А в 1869 году, по ходатайству патриарха Кирилла, архимандрит Антонин был утвержден в должности Начальника Миссии. За время пребывания в должности архимандрит Антонин оказывал массу услуг прибывавшим из России паломникам, а также способствовал приобретению православных святынь в собственность Российской империи. Поскольку закон Османской империи разрешал приобретение земли в собственность только частным лицам, поданным Порты, в качестве покупателя выступал драгоман Миссии Якуб Халеби. Помимо выполнения служебных обязанностей отец Антонин занимался археологией и астрономией, нумизматикой, до глубокой старости писал стихи и рисовал. В 1883 году при его участии были произведены раскопки около Храма Гроба Господня, в результате чего были открыты остаток стены древнего Иерусалима с Порогом Судных Врат. На этом месте позднее было построено Александровское подворье с церковью Святого Александра Невского. Он совершил ещё несколько археологических раскопок и устроил в Иерусалиме при миссии музей христианских древностей. Антонин Капустин умер 24 марта 1894 года в Иерусалиме на 77 году жизни. Согласно завещанию, погребен в Вознесенской церкви в русском, им же основанном монастыре на вершине горы Елеон

[3] Мария Александровна (1824—1880) — императрица, супруга императора Александра II (с 1841), урожденная принцесса Максимилиана-Вильгельмина-Августа-София-Мария Гессен-Дармштадская, мать императора Александра III. Рано выйдя замуж, Мария Александровна посвятила первые два десятилетия пребывания в России рождению и воспитанию детей: Александры, Николая, Александра, Владимира, Алексея, Марии, Сергея и Павла. В конце 1850-х гг., еще при жизни свекрови, императрицы Александры Федоровны, приняла на себя руководство женскими учебными заведениями. При ней была проведена прогрессивная реформа интернатов: введены каникулы; убраны парапеты, разделявшие девочек и посетителей в приемные часы; изменена учебная программа: введено изучение естественнонаучных предметов, литературы, гимнастики и т. д. Первые женские открытые учебные заведения — гимназии, основаны при ее содействии, — названные Мариинскими. По ее инициативе были созданы женские епархиальные училища. Марией Александровной были основаны ремесленные школы для мальчиков, рукодельные школы для девочек, многочисленные начальные школы, сиротские приюты, расширена сеть женских интернатов. Мария Александровна принимала активное участие в организации Российского Красного Креста, попечительствовала слепым. После смерти старшего сына, наследника-цесаревича Николая Александровича (1843—1865), скончавшегося в Ницце, Мария Александровна заболела. Она продолжала заниматься делами учебных заведений, но практически отошла от светской жизни. Несколько месяцев в году она проводила вне Петербурга, за границей или на юге России; в Киеве для нее был отделан дворец, который стал ее резиденцией и получил наименование Мариинского. По материалам Российского гуманитарного энциклопедического словаря. http://slovari.yandex.ru

[4] Анна Фёдоровна Тютчева (21[2] апреля 1829, Мюнхен — 11 августа 1889) — дочь поэта Ф. И. Тютчева, фрейлина Высочайшего двора, жена И. С. Аксакова, мемуаристка; разделяла взгляды славянофилов. По материалам википедии. http://ru.wikipedia.org/wiki/

[5] Тайны царского двора. Записки фрейлин. Под ред. О.Г.Свердлова, М.: Знание, 1997, с.186

[6] Гирс Николай Карлович (9 (21) мая 1820, близ м. Радзивилова — 14 (26) января 1895, Петербург) — русский дипломат, министр иностранных дел России в 1882 — 1895 годах; действительный тайный советник (16 апреля 1878), статс-секретарь (1879), почётный член Петербургской Академии наук (1876).

[7] Россия в Святой Земле. Документы и материалы. Архив внешней политики Российской Империи МИД РФ. М. 2000 г. Т 1. № 134 Отношение Министра иностранных дел Н.К. Гирса послу в Константинополе А.И. Нелидову 7 октября 1882 г. (АВП РИ, ф. Посольство в Константинополе, оп. 517/2, д. 3351, л. 37-37 об). стр. 411

[8] Василий Николаевич Хитрово (21.05.1882-05.05.1903) – организатор, основатель, один из учредителей и почетный член Императорского Православного Палестинского Общества, имя и опыт которого незаслуженно забыты, является великим подвижником своего времени. Вся его жизнь – история существования самого Общества. Оно возникло по его мысли и существовало его трудами, при этом Василий Николаевич считал себя скромным тружеником. Помощник Председателя ППО (1882-1884), Член Совета (1884-1889), Секретарь ИППО (1889-1903). Образование получил в Императорском Александровском лицее; состоял членом совета министра народного просвещения. Написал несколько сочинений о Святой Земле: "Научное значение раскопок, произведенных православным палестинским обществом на русском месте близ храма Гроба Господня в Иерусалиме" (СПб., 1885); "Неделя в Палестине. Из путевых воспоминаний" (ib., 1879); "Палестина и Синай" (вып. I, ib., 1876; вып. II, ib., 1886); "Православие в Св. Земле" (СПб., 1898); "Русские паломники Святой Земли" (ib., 1905).

[9] Россия в Святой Земле. Документы и материалы. Архив внешней политики Российской Империи МИД РФ. М. 2000 г. Т 1. № 135. Рескрипт Председателя Православного Палестинского Общества Великого князя Сергия Александровича на имя начальника Русской духовной миссии в Иерусалиме архимандрита Антонина. 2 октября 1884 г. (АВП РИ, ф. РИППО, оп. 873/1, д. 492, л. 6). стр. 411

[10] Россия в Святой Земле. Документы и материалы. Архив внешней политики Российской Империи МИД РФ. М. 2000 г. Т 1. № 136. Выписка из Рескрипта Председателя Православного Палестинского Общества Великого князя Сергия Александровича на имя посла в Константинополе А.И. Нелидова. 22 октября 1884 г. (АВП РИ, ф. РИППО, оп. 873/1, д. 492, л. 5). стр. 412

[11] А.А. Дмитриевский. Императорское Православное Палестинское Общество и его деятельность за истекшую четверть века. 1882-1907 гг. Сп-б. Изд-во О. Абышко. Стр. 302

[12] Давид Иванович Гримм (22 марта (3 апреля) 1823 — 9 (21) ноября 1898) — выдающийся российский архитектор, один из создателей «русского стиля», академик архитектуры. Исследователь средневекового зодчества Кавказа. Автор проектов храмов в Херсонесе (Севастополь), Тифлисе, Копенгагене, Женеве, Ницце, Иерусалиме (церковь во имя св. Марии), различных сооружений в Санкт-Петербурге и его окрестностях, а также в Ливадии, Житомире, Воронеже, Рязанской губернии. По материалам википедии.

[13] Конрад Шик (1822 – 1901). Немецкий миссионер и архитектор. В 1845 году он был послан в Иерусалим в качестве одного из четырех миссионеров, которые должны были обучать молодых людей ремеслам. Шик стал ведущим архитектором того периода в Иерусалиме, и многие из его сооружений, включая и его собственный дом «Дом Фавор», и по сей день украшают собой Улицу Пророков (рехов а-Невиим). Шик был одним из первых, кто вплотную занялся изучением развалин древнего Иерусалима. Он регулярно публиковал информацию о своих находках и открытиях в английских и немецких научных журналах, занимающихся исследованиями Палестины, в таких как Palestine Exploration Fund (Фонд Исследования Палестины) и Deutscher Palästina-Verein (Немецкая Организация по исследованию Палестины). Сотрудничал с архимандритом Антонином (Капустиным) и Императорским Православным Палестинским Обществом. По материалам http://www.holidayinisrael.com/ViewPage.asp?lid=101&pid=374

[14] Там же стр. 316

[15] Россия в Святой Земле. Документы и материалы. Архив внешней политики Российской Империи МИД РФ. М. 2000 г. Т 1. № 137. Закладная надпись при основании храма св. Марии Магдалины. 21 января 1885 г. (АВП РИ, ф. РИППО, оп. 873/1, д. 492, л. 10). стр. 412

[16] Россия в Святой Земле. Документы и материалы. Архив внешней политики Российской Империи МИД РФ. М. 2000 г. Т 1. № 138. Письмо начальника Русской духовной миссии в Иерусалиме архимандрита Антонина секретарю ППО В.Н. Хитрово . 3 июня 1885 г. (АВП РИ, ф. РИППО, оп. 873/1, д. 492, л. 15-16 об.). стр. 414

[17] Там же. стр. 414

[18] Там же.

[19] Россия в Святой Земле. Документы и материалы. Архив внешней политики Российской Империи МИД РФ. М. 2000 г. Т 1. № 139. Письмо начальника Русской духовной миссии в Иерусалиме архимандрита Антонина секретарю ППО М.П. Степанову. 3 июля 1885 г. (АВП РИ, ф. РИППО, оп. 873/1, д. 492, л. 30.). стр. 415

[20] Россия в Святой Земле. Документы и материалы. Архив внешней политики Российской Империи МИД РФ. М. 2000 г. Т 1. № 141. Записка секретаря ППО М.П. Степанова о смете на строительство Гефсиманской церкви. Черновик 1885 г. (АВП РИ, ф. РИППО, оп. 873/1, д. 492, л. 104-105 об.). стр. 416

[21] Скорее всего, речь идет о монете - денарий Иерусалимского королевства, отчеканенный там во время правления короля Балдуина III (1143-1162). Легенда на этом денарии гласит: Obv: + BALDVINVS RE Rev: + DE IERVSALEM cо стилизованным изображением башни Давида в Иерусалиме. Вес денария 1,05 гр. По материалам http://manro.bestcoinshop.ru/index.php?productID=573

[22] Россия в Святой Земле. Документы и материалы. Архив внешней политики Российской Империи МИД РФ. М. 2000 г. Т 1. № 142. Письмо начальника Русской духовной миссии в Иерусалиме архимандрита Антонина секретарю ППО М.П. Степанову. 16 ноября 1885 г. (АВП РИ, ф. РИППО, оп. 873/1, д. 492, л. 49-50). стр. 417

[23] Россия в Святой Земле. Документы и материалы. Архив внешней политики Российской Империи МИД РФ. М. 2000 г. Т 1. № 143. Письмо секретаря ППО М.П. Степанова начальнику Русской духовной миссии в Иерусалиме архимандриту Антонина. 7 февраля 1886 г. (АВП РИ, ф. РИППО, оп. 873/1, д. 492, л. 53-54). стр. 419

[24] Россия в Святой Земле. Документы и материалы. Архив внешней политики Российской Империи МИД РФ. М. 2000 г. Т 1. (АВП РИ, ф. РИППО, оп. 873/1, д. 492, л. 57). стр. 407

[25] Россия в Святой Земле. Документы и материалы. Архив внешней политики Российской Империи МИД РФ. М. 2000 г. Т 1. № 144. Выписка из письма начальника Русской духовной миссии в Иерусалиме архимандрита Антонина секретарю ППО М.П. Степанову. 7 мая 1886 г. (АВП РИ, ф. РИППО, оп. 873/1, д. 492, л. 75-75 об.). стр. 419

[26] Строительство церкви св. Марии Магдалины на Елеонской горе в Иерусалиме. Москва. Изд-во «Индрик» 2006 г. стр. 8

[27] Фотоальбом, посвященный Русской Духовной Миссии в Иерусалиме. Конец 1880-х-начало 1890-х г.г. Ф.М.Тимон. Интернет-публикация Православного научно-просветительского Общества «Россия в красках» в Иерусалиме. http://palomnic.org/gallery/v/19-vek/timon/

[28] Россия в Святой Земле. Документы и материалы. Архив внешней политики Российской Империи МИД РФ. М. 2000 г. Т 1. № 148. Выписка из письма начальника Русской духовной миссии в Иерусалиме архимандрита Антонина секретарю ППО М.П. Степанову. 7 июля 1886 г. (АВП РИ, ф. РИППО, оп. 873/1, д. 492, л. 78.). стр. 421

[29] Россия в Святой Земле. Документы и материалы. Архив внешней политики Российской Империи МИД РФ. М. 2000 г. Т 1. № 149. Письмо начальника Русской духовной миссии в Иерусалиме архимандрита Антонина секретарю ППО М.П. Степанову. 12 июля 1886 г. (АВП РИ, ф. РИППО, оп. 873/1, д. 492, л. 80-81.). стр. 423

[30] Россия в Святой Земле. Документы и материалы. Архив внешней политики Российской Империи МИД РФ. М. 2000 г. Т 1. № 155. Письмо секретаря ППО М.П. Степанова Архиепископу Ярославскому и Ростовскому Ионафану. 11 ноября 1886 г. (АВП РИ, ф. РИППО, оп. 873/1, д. 492, л. 113.). стр. 427

[31] Россия в Святой Земле. Документы и материалы. Архив внешней политики Российской Империи МИД РФ. М. 2000 г. Т 1. № 156. Донесение уполномоченного ППО в Одессе М.И. Осипова в Совет Общества. 9 декабря 1886 г. (АВП РИ, ф. РИППО, оп. 873/1, д. 492, л. 120.). стр. 427

[32] Россия в Святой Земле. Документы и материалы. Архив внешней политики Российской Империи МИД РФ. М. 2000 г. Т 1. № 153. Письмо начальника Русской духовной миссии в Иерусалиме архимандрита Антонина секретарю ППО М.П. Степанову. 22 сентября 1886 г. (АВП РИ, ф. РИППО, оп. 873/1, д. 492, л. 99-100.). стр. 426

[33] Россия в Святой Земле. Документы и материалы. Архив внешней политики Российской Империи МИД РФ. М. 2000 г. Т 1. № 153. Письмо начальника Русской духовной миссии в Иерусалиме архимандрита Антонина секретарю ППО М.П. Степанову. 3 июня 1887 г. (АВП РИ, ф. РИППО, оп. 873/1, д. 493, л. 61-62.). стр. 432

[34] Там же.

[35] Там же.

[36] Верещагин Василий Петрович (1835-1909). Василий Петрович Верещагин родился в Перми в семье с хорошими художественными традициями. Поэтому его наклонности, как и его старшего брата Петра Петровича, определились достаточно рано. Получив прекрасное образование (учился в Академии художеств с 1857 по 1861 год) и отшлифовав свое мастерство в пенсионерской поездке в Париж и Рим (1863—1869), В.П. Верещагин после возвращения в Россию становится преподавателем исторического класса Академии художеств. При этом много работает и над собственными картинами, которые отличаются, как и у большинства выпускников Академии, высоким исполнительским мастерством, выверенным построением картины и отменным рисунком. Таковы картины художника на библейские сюжеты (например, "Ночь на Голгофе", 1860), таковы и картины, написанные по мотивам русских былин ("Илья Муромец на пиру у князя Владимира", 1872) и истории земли русской ("Осада Троице-Сергеевой лавры в 1608 году", 1891); "Видение Дмитрия Донского на Куликовом поле", 1896). Как и большинство художников классического направления, В.П. Верещагин много работает по оформлению строящихся церквей, соборов (эскизы мозаик для Исаакиевского собора в Санкт-Петербурге, иконы для главного иконостаса храма Христа Спасителя в Москве и Успенского собора Киево-Печерской лавры, иконы для иконостаса храма св. Марии Магдалины в Гефсимании в Иерусалиме). По материалам сайта "Русская живопись". Адрес в интернете http://www.artsait.ru/art/v/vereshaginVP/main.htm

[37] Там же.

[38] Россия в Святой Земле. Документы и материалы. Архив внешней политики Российской Империи МИД РФ. М. 2000 г. Т 1. № 164. Из донесения уполномоченного ППО в Одессе М.И. Осипова в Совет Общества. 22 августа 1887 г. (АВП РИ, ф. РИППО, оп. 873/1, д. 493, л. 70.) стр. 436

[39] Россия в Святой Земле. Документы и материалы. Архив внешней политики Российской Империи МИД РФ. М. 2000 г. Т 1. № 168. Письмо художника-реставратора П.К. Соколова секретарю ППО М.П. Степанову. 8 июня 1888 г. (АВП РИ, ф. РИППО, оп. 873/1, д. 493, л. 100-100 об.) стр. 440

http://simvol-veri.ru/xp/stroitelstvo-xrama-svyatoie-ravnoapostolnoie-marii-magdalini.html
promo pravoslavnaa january 1, 2017 17:27 3
Buy for 20 tokens
Начало XXI века совпало со знаменательной датой 2000-летия Рождества Христова. Мы современники, которым посчастливилось стать свидетелями такого знаменательного рубежа веков и многих юбилеев, в первую очередь 300-летие основания нашего города. Незаметно летит время, в ушедшем году мы уже отметили…
Рита  Мартин

Строительство храма святой равноапостольной Марии Магдалины

Строительство храма святой равноапостольной Марии Магдалины
Печать | E-mail

Русский православный храм св. Марии Магдалины в Гефсимании

Сегодня, когда паломники со всего мира посещают святыни Гефсимании, они не могут пропустить мимо сразу притягивающий к себе внимание незабываемой архитектурой русский православный храм во имя святой равноапостольной Марии Магдалины на западном подножье Елеонской горы. Золотые маковки куполов русского храма удивительно гармонично вписались в окружающий пейзаж Гефсимании с её комплексом рощ кипарисов и различных храмов.
История возникновения этого шедевра русского архитектурного зодчества в Святой Земле относится еще к маю 1881 года, ко времени прибытия с паломническим визитом великих князей Сергия[1] и Павла Александровичей и Константина Константиновича.

Великие князья Сергий и Павел Александровичи
Знаменитый подвижник благочестия и собиратель Русской Палестины – начальник Русской Духовной Миссии в Иерусалиме архимандрит Антонин (Капустин)[2] давно мечтал приобрести для России участок земли в верхней части Гефсиманского сада на западном склоне Елеонской горы и такой случай ему представился в 1881 году именно при посещении Палестины великими князьями.

Архимандрит Антонин (Капустин) - начальник Русской Духовной Миссии в Иерусалиме (1865-1894 гг.)
Архимандрит Антонин обратил внимание Великого князя Сергия Александровича на участок и выдвинул идею о постройке на этом месте в будущем достойного храма, посвященного памяти матери Великого князя Сергия Александровича – императрице Марии Александровны (1824-1880)[3] о которой фрейлина Высочайшего двора А.Ф. Тютчева[4] писала: «Это прежде всего была душа чрезвычайно искренняя и глубоко религиозная, но эта душа, как и её телесная оболочка, казалось вышла из рамки средневековой картины. Религия различно отражается на душе человека: для одних она — борьба, активность, милосердие, отзывчивость, для других — безмолвие, созерцание, сосредоточенность, самоистязание. Первым — место на поприще жизни, вторым — в монастыре. Душа великой княгини была из тех, которые принадлежат монастырю»[5].
Замечательная идея архимандрита Антонина Капустина остается в памяти Великого князя Сергия Александровича и получает практическое воплощение уже после создания и назначения его Председателем Православного Палестинского Общества (ППО) 21 мая 1882 года в Санкт-Петербурге. Для этого МИДу Российской Империи и в частности генеральному консульству России в Иерусалиме было поручено приобрести участок, выбранный для постройки храма архимандритом Антонином.

Вид на русский участок в Гефсимании 1882 года. Фото отца Тимона
После приобретения участка Министр иностранных дел Российской Империи Н.К. Гирс[6] благодарит российского посла в Константинополе А. И. Нелидова за исполнение поручения: «Получив по телеграфу уведомление, как от Вашего Превосходительства, так и от Генерального Консула в Иерусалиме, что место в Гефсимании куплено на имя Консульства и что документы о продаже находятся у него в руках, считаю долгом благодарить Вас, Милостивый государь, за ревностное содействие к удовлетворительному окончанию этого дела, столь интересовавшего Императорское Правительство»[7]. Проходит два года и строительство церкви на этом участке с соизволения Почетного члена и основателя Православного Палестинского Общества (ППО) - Государя Императора Александра III поручается в ведение Православного Палестинского Общества, а непосредственное руководство и наблюдение за ходом работ в Иерусалиме поручается начальнику Русской Духовной Миссии в Иерусалиме, почетному члену Православного Палестинского Общества архимандриту Антонину (Капустину). Для этого в Иерусалим был отправлен в командировку член Совета ППО знаменитый подвижник и один из основателей будущего Императорского Православного Палестинского Общества (ИППО) – Василий Николаевич Хитрово[8]. В своем рескрипте от 2 октября 1884 года Председатель ППО Великий князь Сергий Александрович просит архимандрита Антонина о содействии: «Высокочтимый отец Антонин, В.Н. Хитрово командирован, с соизволения Государя Императора, в Иерусалим для вступления в переговоры с городским архитектором К.Шикком о постройке церкви на приобретенном на средства Его Величества и нас, Его братьев, месте на Елеонской горе, близ Гефсиманского Сада. Вполне уверен, что Вы в личное Мне одолжение, не откажите в Вашем просвещенном содействии в этом деле и примете на себя главное руководство и наблюдение при постройке означенной церкви»[9].

Основатель и Почетный член Императорского Православного Палестинского Общества
Государь Император Александр III
Таким же письмом о полномочиях В.Н. Хитрово и с просьбой о содействии Великий князь Сергий Александрович извещает Российского посла в Константинополе А.И. Нелидова[10]. Государь Император, желая увековечить память императрицы Марии Александровны просит Председателя ППО Великого князя Сергия Александровича завершить Гефсиманскую постройку, который телеграфирует в Совет Общества: «Может ли Хитрово сейчас ехать?»[11]. В.Н. Хитрово предстояло в своей командировке утвердить смету постройки по плану известного русского архитектора Д.И. Гримма[12], договориться о постройке с местным иерусалимским архитектором К. Шиком[13] под наблюдением архимандрита Антонина (Капустина). По прибытию в Иерусалим, в январе 1885 года, В.Н. Хитрово встречается с патриархом Иерусалимским Никодимом, который обещает ему «самолично освятить этот храм…[14]»
Патриарх Никодим выполнил обещание и прибыл 21 января 1885 года в Гефсиманию, где в сослужении начальника Русской Духовной Миссии в Иерусалиме архимандрита Антонина, вместе с многочисленным русским и греческим духовенством возглавил торжественную церемонию закладки храма св. Марии Магдалины в Гефсимании. При торжествах освящения будущего храма молился член Совета Православного Палестинского Общества Василий Николаевич Хитрово.

Закладка храма св. Марии Магдалины патриархом Иерусалимским Никодимом 21 января 1885 г.
Справа от Патриарха Никодима молится помощник Председателя Православного Палестинского Общества Василий Николаевич Хитрово
Слева от партриарха сослужит начальник Русской Духовной Миссии в Иерусалиме архимандрит Антонин (Капустин)
При освящении будущего храма была установлена закладная надпись: «Сей священный храм во имя святыя равноапостольныя Марии Магдалины заложен по воле благочестивейшего Государя Императора Самодержца Всероссийского Александра Александровича и Августейших Его братьев великих князей Владимира, Алексея, Сергия и Павла Александровичей в память в Бозе почившей родительницы их благочестивейшей Государыни Императрицы Марии Александровны»[15].

Русский архитектор Д.И. Гримм - автор архитектурного проекта
церкви св. Марии Магдалины в Гефсимании в Иерусалиме
Первоначально работы по строительству будущего храма были поручены иерусалимскому архитектору К. Шику, который ознакомившись весной 1885 года с планом Д. Гримма удивился «обилию и разнообразию и своеобразному характеру внешней орнаментовки будущего храма… и поспешил прибавить, что они - потребуют довольно времени и немало денег»[16]. Архимандрит Антонин в своем письме от 3 июня 1885 года сообщает члену Совета ППО В.Н. Хитрово: «На мое предложение участвовать в них – (работах – прим. П. Платонова) почтенный человек с удовольствием согласился, заметив только, что он не желал бы взять на себя обузу заготовки и доставки на место всякого рода материала, выбора, найма, помещения и пр. рабочих, расплаты с ними, охраны возводимого здания и т. под. одним словом, хочет быть только заправителем и руководителем работ, оставляя материальную сторону их на мое попечение и усмотрение»[17]. В этом же письме отец Антонин высказывает предложения по конструктивному плану постройки как самого будущего храма св. Марии Магдалины, предлагая отделить в плане постройки колокольню от самого храма и некоторые внутренние перестроения в самом плане здания. К. Шик согласился с мнением отца Антонина и добавил вносимые им изменения в архитектурный план[18]. Во время работ и раскопок котлована под фундамент будущей церкви весной 1885 года, как сообщается в письме архимандрита Антонина Секретарю ППО М.П. Степанову от 3 июля 1885 года, были обнаружены «две древние могилы, высеченные по еврейскому обычаю в скале в форме квадратной комнаты с гробовыми нишами (loculi) по сторонам, то г. Архитектор Шикк, предполагая возможным, что подобные могилы есть и под всем протяжением внутренности Божией церкви, нашел необходимым вскопать всю площадь до ее природной скалы»[19].

В течение лета 1885 года К. Шик составляет смету проекта, и из черновика записки Секретаря ППО М.П. Степанова датируемого 1885 годом узнаем, что смета была составлена в размере «433 000 франков, что по курсу 250, составляет 177 200 рублей серебром»[20]. До февраля 1885 года идет согласование озвученной сметы с Государем Императором и руководством Православного Палестинского Общества (ППО). А в ноябре 1885 года архимандрит Антонин сообщает Секретарю ППО Михаилу Петровичу Степанову радостную новость о находке на территории Гефсиманского участка - большого клада серебряных монет периода крестоносцев и других артефактов во время проведения строительных работ: «на Гефсиманском месте нашем, террасовидном по своей геологической формации, в нижних частях есть немало природных пещер и искусственных катакомб, служивших в бывшие времена могилами. Расчищая одну из таковых под заготовляемую известку, мы нашли в массе наносной земли клад, а именно множество серебряных монеток времени крестоносцев, рассеянных там и сям величиною в наш 15 копеечник с изображением креста с одной стороны и городской (по-видимому) башни - с другой, окруженными надписями, с одной стороны читаем B A L – D U I N US R E X (balduinus rex), а с другой D E I E R U S A L E M (De Ierusalem)[21]. Всех монет доставлено нам рабочими 1116 штук. 111 из них половиной величины. От худого качества серебра они вообще имеют зеленоватый вид. Но все хорошо сохранились, как будто даже вовсе не были в употреблении… Найдено, кроме того, при разновременных раскопках места, несколько ночников, архаической фигуры из глины, кувшинчики, обломки стекла и т.д.»[22].

Окончательный ответ по смете проекта приходит 7 февраля 1886 года в письме Секретаря ППО М.П. Степанова архимандриту Антонину, где он сообщает, что «на постройку церкви (не принимая в соображение внутренней отделки) ассигновано 100.000 р.с., и из этой суммы ни в коем случае выходить не следует»[23]. После чего начались консультации с К.Шиком, отказавшимся от подобных условий и архимандрит Антонин находит энергичного Иерусалимского архитектора Георгия Франгия, телеграфируя в Петербург члену Совета ППО В.Н. Хитрово: «Franguias тоже находит мало 100 тысяч, но берется построить без пола, крестов, дерева, металла. Надо согласиться и спешить делом. Антонин»[24]. В результате согласований и консультаций между руководством Православного Палестинского Общества и архимандритом Антонином, длившимися всю весну 1886 года, руководство над строительством Гефсиманского проекта было поручено Иерусалимскому архитектору Георгия Франгия, в помощь которому архимандрит Антонин приставил своего верного помощника Якуба Халеби. И уже в мае 1886 года отец Антонин радостно сообщает Секретарю ППО М.П. Степанову: «В Гефсимании нашей идет дружная и спешная работа. Всех рабочих рук наберется человек 70. За этот лето энергичный архитектор обещает довести дело до половины, а будущим летом покончить всю постройку… Я, со своей стороны, поставлю в обязанность себе поставлять Вам помесячные отчеты в расходовании доверяемых мне сумм, а равно и фотографические снимки возводимых частей здания»[25].

Иерусалимский архитектор Георгия Франгья - строитель храма св. Марии Магдалины в Гефсимании
Уникальные фотографии, который выполнял монах Русской Духовной Миссии в Иерусалиме отец Тимон, сохранились в Российской национальной библиотеке в Санкт-Петербурге[26], а также их можно найти в антикварных лавках, в еще дореволюционных изданиях фотоальбомов Русской Духовной Миссии в Иерусалиме, либо в интернет-публикациях[27]. По этим сохранившимся фотографиям можно хорошо проследить хронологически динамичную историю строительства русского храма св. Марии Магдалины в Гефсимании.

Иерусалимский архитектор Георгия Франгья - строитель храма св. Марии Магдалины в Гефсимании
7 июля 1886 года архимандрит Антонин в письме к М.П. Степанову радостно констатирует неоспоримый факт: «Работы по постройке Гефсиманской церкви идут безостановочно и спешно. Прилагаемые при сем стереоскопические фотограммы могут дать Вам некоторое понятие о них»[28]. Привыкший во всех своих делах доводить качество до совершенства, неутомимый архимандрит Антонин сетует в письме к М.П. Степанову, о заказе вместо предполагаемого первоначально «аршинного колокола», чего-то более грандиозного и подобающего для такого величественного храма: «Я, от имени всех грядущих поколений поклоннических, припадаю к августейшим стопам Его Высочества Государя, В.К. Сергия Александровича со всенижайшею просьбою заказать большой колокол в сажень в диаметре, безразлично, какого бы он не вышел веса»[29].

http://simvol-veri.ru/xp/stroitelstvo-xrama-svyatoie-ravnoapostolnoie-marii-magdalini.html
France Cléo de Mérode Ballerina Dancer C

Романовы в Тобольске. Пресса 1917 года

Автор: BR doc
Дата: 2016-01-30 20:05
Романовы в Тобольске. // Биржевые Ведомости. Пг., 1917. №16400, 22 августа (4 сентября), с. 4

 Вчера приехали из Тобольска комиссары Временного Правительства И.М. Макаров и В.М. Вершинин, сопровождавшие по поручению Временного Правительства бывшую императорскую чету в Тобольск. Член Гос. Думы Вершинин в беседе с нашим сотрудником по поводу следования бывшей императорской четы в Тобольск сообщил следующее:
   — Путешествие было совершено благополучно. В Тобольске остался бывший царскосельский комендант полковник Кобылинский во главе 300 солдат стрелкового Царскосельского полка. Бывший император и его семья помещены в губернаторском доме. Дом просторный; в отдельных флигелях этого дома помещается охрана. Бывший император и его дети отнеслись к путешествию совершенно равнодушно, лишь бывшая императрица сидела в своем купэ совершенно замкнутая, ни с кем не разговаривала. Видимо, путешествие это на нее произвело большое впечатление. Со слов лиц, сопровождавших бывшую императорскую чету в Тобольск, нам сообщают следующие дополнительные сведения по поводу этого путешествия. Для бывшей императорской четы отъезд в Тобольск не явился неожиданностью, бывшему императору и его семье было разрешено взять с собой самые необходимые вещи. Бывшего императора и его семью сопровождали: отставной ген. И.Л. Татищев, кн. В.А. Долгорукий, гр. Гендрикова, француз Жильяр, доктор Боткин и дядька Деревенько. Временное Правительство было озабочено предоставлением возможности завершить образование детям бывшей императорской четы. С разрешения Временного Правительства в ближайшее время в Тобольск выедут преподаватели английского яз., русского яз., географии и истории. Бывший император в поезде имел общение со своей семьей. Бывший император и его семья до последнего момента не знали конечного пункта путешествия. Бывшего императора посетил в Царскосельском дворце с разрешения Временного Правительства его брат Михаил Александрович и беседовал с ним в течение 10 мин. На все расспросы бывшего императора, куда его повезут, вел. кн. ничего не мог ответить. Лишь в поезде на другое утро бывший император узнал конечный пункт путешествия. Бывшая императрица в виду слабости сердца никуда не выходит. Для бывшего же императора и его детей приспособлен сад, где дети упражняются в играх, а бывший император занимается физическим трудом — пилит дрова и т.д. По распоряжению министра-председателя А.Ф. Керенского шлиссельбуржец Панкратов назначается комиссаром Временного Правительства в Тобольске; на Панкратова будет возложено наблюдение и охрана бывшей императорской четы в Тобольске.

Романовы в Тобольске. // Петроградская Газета. Пг., 1917. №206, 2 (15) сентября, с. 3.


Тобольский городской голова обратился к гражданам Тобольска со следующим воззванием: «Мною получено от начальника охраны бывшего императора и его семьи полковника Кобылинского письмо следующего содержания: «По городу циркулируют слухи, будто бывший царь и члены его семьи гуляют по городу, посещают церковные службы и заходят в магазины. Прошу поставить в известность городское население, что ни бывший царь, ни царица ни никто из детей после переезда с парохода не уходил из назначенного для их жительства бывшего губернаторского дома.
Полковник Кобылинский.

Внутренние известия. Семья Романовых в Тобольске. // Новое Время. Пг., 1917. №14868, 10 (23) сентября, с. 4.

Не успела семья Романовых устроиться в губернаторском доме в Тобольске, как по городу пошли слухи, что члены этой семьи гуляют по его улицам, заходят в магазины, церкви, частные дома и вообще ведут свободную жизнь. Охрана поспешила заявить городскому голове, что эти слухи обидны для нея и ложны, а городской голова в свою очередь объявил жителям Тобольска, что слухи эти неосновательны. В действительности тоболяки, пожалуй, были бы даже довольны, если бы быо именно так, потому что только и ищут случая, как бы увидеть кого из этой семьи, потому что буквально изнывают от любопытства, не видавши никого из семьи со времени ея приезда. Сколько они ни толклись около пристаней, у которых стоял пароход «Русь» с этой семьею, сколько они ни посещали с этой целью приходящие и останавливающиеся рядом с пристанью другие пароходы, заказывая себе чай и даже ужины и занимая столики в общих каютах-салонах, они не могли ни разу увидать кого-либо из этой семьи. Точно так же неудачи преследуют их и ныне, несмотря на то, что они прохаживаются по тротуарам около губернаторского дома, старательным образом заглядывают на его окна и балкон, но не видят никого. Семья же Романовых заперта в доме губернаторском и не выходит из него никуда, тем более, что прогулки эти невозможны. Куда идти, куда прогуляться, где подышать чистым воздухом, это вопрос в Тобольске. Выйдя из дома губернатора, можно пройти только в одну сторону, разве один квартал до почты, и то перейдя грязную улицу по танцующим тротуарам из мокрых в осеннее время гнилых досок, в щели которых часто проваливается нога. В противоположную же сторону можно пройти ровно тоже только один квартал до рынка — грязного до неимоверности, пахнущего навозом и тухлою рыбою из соседних рыбных лавчонок, причем тоже нужно больше смотреть под ноги, чем любоваться видом этой главной улицы с деревянною мостовою, по которой гонятся порой, обрызгивая грязью прохожих, на диких киргизских лошадях провожающие в тарантасиках, какие уже забыли наши российские даже провинциальные города, иначе называемых «бандурами». Единственное место гулянья — это пристани вдоль берега р. Иртыша, куда обычно собирается публика к приходу пароходов и к отходу их, чтобы там погулять над водой по площадкам судов и потолкаться среди отъезжающей и приезжающей публики. Но теперь там сыро, и грязно, и пахнет Бог весть какими ароматами от провозимой соленой рыбы. Поднят вопрос соединить новый дворик губернаторского дома с городским садом, расположенным против губернаторского дома и этим способом дать возможность семье Романовых прогуляться в саду. Но на горе этот сад почти не огорожен; со стороны главной улицы какая-то жидкая покосившаяся изгородь с грязной канавой и пушками еще времен Ермака; со стороны противоположной он отделен просто каким-то развалившимся забором от рынка, на котором летом и осенью стоит такая непролазная грязь, что туда редко кто рискнет проехать из пассажиров.

К. Носилов.

Внутренние известия. Семья Романовых в Тобольске. (Корреспонденция «Нового Времени»). // Новое Время. Пг., 1917. №14874, 17 (30) сентября, с. 5.

В гор. Тобольск наш пароход пришел ровно в полночь. Была тихая, звездная ночь. Электрические огни как-то особенно ярко горели и освещали белые стены храмов. Сразу заметно, что город подтянулся. Главная улица, ныне носящая название улицы Свободы, залита электричеством, и это освещение придало ей такой милый вид, что я почти не узнал Тобольска. Неузнаваем был и возница с откуда-то взявшимся очень даже приличным фаетоном, с киргизской бойкой лошадкою, которая мелко дробила по деревянной мостовой по главной улице по направлению к дому губернатора. Вот и он, старый знакомец, со старинными окнами, белыми стенами, на которых особенно рельефно выделялись при электрическом освещении две темные стройные пихты с белой березкой. Дом весь в освещении, богатые люстры зажжены, несмотря на позднее время, и у раскрытого окна какой-то, словно знакомый, силуэт головы, быть может привлеченный топотом поздним лошади. Напротив освещенный дом Корниловых, теперь нанятый свитой; но в нем другая обстановка: видны серые шинели солдат, военные эполеты на плечах, движения. Вот и скромная, свежая изгородь с маленькими воротцами, глухо запертыми теперь, заслонившая собой парадный подъезд. По освещенной ярко улице, посредине ея, прогуливаются по трое с примкнутыми блестящими штыками солдаты. Как-то невольно хочется двигаться медленнее; как-то невольно привлечено внимание; но тихо на улице, нет никого на открытом балконе, и все заснуло уже в освещении, и спит рядом и томный, теперь кажущийся нарядным, с темною листвою, городской сад, в листве которого тонут лучи электричества. Какая-то словно сказка в гор. Тобольске, таинственность; что-то уже наложило руку на него, придало ему особенное выражение. Мы сворачиваем к Хвастуновским номерам, и тут тоже освещение. Только дальше к горе мелькают желтенькие старые огоньки. Но днем при дневном освещении я уже не нашел этой чарующей картины ночи. По улице Свободы бежит, торопится народ, улицу подметают от навозу рабочие, охрана щелкает семечки, слоняясь вдоль заборов, белый каменный дом сияет под лучами осеннего солнца... На открытом балконе, на пригреве солнышка, дети Романовых с книжками: одна в белой шляпочке, другая с открытой стриженной головой после перенесенного тифа. Публика привыкла уже к этому белому дому, и только поворачивает голову, проходя по другой стороне, видя обычную картину. Есть любопытные, но их уже меньше. Одни в березовой аллее сада на скамеечках, другие из простонародья, просто прислонившись к противоположному палисаду. Стеснения никакого повидимому. Посидят, посмотрят и уходят. Но дети часто отрывают поникшую голову, посматривая порой, как несется бешено Киргиз, отбивая дробью по деревянной мостовой улицы, или несется другой под седлом или в упряжке. В белой сосновой оградке уже сделана секретная калиточка, ведущая на песчаную аллею сада; но, говорят, дети редко гуляют по ней, все еще стесняемые беззастенчивым любопытством тобольской публики, которая любит рассматривать подробно. Да и мал сад: всего три аллеи, с белой часовенькой посредине газона, но в саду пышно цветут еще астры, душистые левкои, георгины приюта детей переселенцев, носящего название Ольгинского. Рабочие военнопленные составляют красивые букеты и продают публике, и аромат цветов разносится по саду, достигая окон белого дома. Семья Романовых по прежнему ведет затворническую жизнь. Только редко под вечер отворится калитка и из нее перебежит в белом вся прислуга семьи, чтобы торопливо при услугах конвойных войти в противоположный дом по хозяйственной части. Семья чаще прогуливается по мощеной деревом оградке дома и маленькому садику позади оранжерейки. Днем полная тишина, как и темной ночью, хотя в доме до 50 человек одной свиты. Сношения с городом очень ограниченные: закупаются только пирожные, торты, мясо, рыба и дичь. В смысле пищевого довольствия город Тобольск кажется счастливее всех: в нем до 400000 пудов одного хлеба, мясо, рыба в избытке, даже нет недостатка сахара и белой крупчатой муки. Это делает честь городской управе в новом ея составе, хотя денег нет у города ни гроша, дома и земли городские заложены и городская управа тщетно ищет денег. Обычная жизнь нисколько не нарушена приездом семьи Романовых. По телеграфу из Петрограда последовало распоряжение предоставить семье Романовых в Тобольске городской сад и вместе с тем сделать в нем проход в ближайшую Благовещенскую церковь, где бы семья Романовых могла присутствовать при богослужениях. Сегодня уже мастера проделали в оградке городского сада калиточку против паперти храма с настилом через канавку и так как другая подобная сделана уже давно в оградке губернаторского дома, разделяющей городской сад от дома губернатора, то теперь семье Романовых предоставлена полная возможность пользоваться воздухом и вместе с тем, хотя на короткое время, во время богослужения, быть вне своего двора. Сад на время прогулок будет освобождаться от публики. Любопытство граждан г. Тобольска прямо удивительно. Они до настоящего времени не могут проехать и пройти мимо дома губернатора, чтобы не заглянуть в сторону этого заветного дома, хотя в окна его — маленькие, узенькие, старинные — ничего не видать, а на балконе высоком только редко-редко можно рассмотреть простым глазом фигуры. Любопытство это дошло до того, что местные жители бегают даже в корейскую прачечную, где моется белье семьи Романовых, чтобы посмотреть там принадлежности белья царской семьи, и потом рассказть в городе знакомым и незнакомым людям, что за чудное, тонкое, батистовое белье носит семья. Каким образом семья Романовых может быть, хотя из вежливости, изолирована от такого страшного любопытства в этом городском саду, который обнесен одной лишь колючей проволокой? 8 сентября по случаю двунадесятого праздника, семья Романовых, в первый раз со времени приезда в гор. Тобольск, вышла из дома губернатора и, следую городским садом и специально проделанными калитками — одна в оградке, окружающей дом, и другая — против Благовещенского храма,— прошла в последний, чтобы присутствовать при богослужении в 12 часов дня. Несмотря на все предосторожности, к этому времени, как раз против последней калитки, собралась большая публика из всех слоев населения города, стоявшая шпалерами по ту и другую сторону узкого прохода через улицу, из городского сада к паперти храма. Разумеется, по улице стоял конвой. Б. государыню катили до калитки сада в кресле. Вся в сером, с черною маленькою шляпкою на голове, она показалась больною и удрученною. За нею следовал б. государь в военной одежде, за ним наследник, имея по бокам старших сестер, в розоватых платьях, скромного, широкого покроя, за ними следовали остальные его сестры в голубоватых платьях, в сопровождении доктора Боткина и членов свиты. Вся процессия шла беглым шагом, низко опустив головы, торопливо оглядываясь только временем по сторонам, как будто тревожимая столпившейся публикой, которая хранила мертвую тишину. Перед калиткою б. государыня встала с кресла, к ней подошел б. государь и они тем же спешным шагом прошли через улицу и вошли в храм Благовещения. Б. государь казался очень постаревшим и как бы тревожным и недовольным, дети его тоже казались удрученными этим подневольным шествием, совсем не напоминающим то, куда они следовали. Храм, разумеется, тотчас же был закрыт для публики, и она, в виду долгого богослужения,— предстояла поздняя обедня,— тотчас же разошлась с улицы, оставив только терпеливых.  Этот невольный парад оскорбил многих, и в виду того, что это может теперь продолжаться каждое воскресенье, каждый праздник, я повторяю, следовало бы устроить лучше такие молебствия и богослужения в романовской часовенке сада, где это не может так грубо нарушать религиозное чувство этой семьи. Бывший царь редко выходит: он целые дни занят своими мемуарами, описывая время войны, последние события.
К. Носилов. Тобольск.

Тобольские узники. // Известия Петроградского С.Р. и С.Д. Пг., 1917. №218, 7 (20) ноября, с. 7.

Охрану Тобольских узников несет отряд особого назначения, который состоит из солдат и офицеров Царскосельского гарнизона. Состав отряда — 6 офицеров и около 350 солдат; есть еще и пулеметы. Эти солдаты назначены поротно из 3 полков — 1-го, 2-го и 4-го. Когда еще составлялся отряд, я командовал 1-м полком. Как солдаты, так и офицеры выбирались мною и полковым комитетом, так что люди попали самые надежные, твердые и преданные делу революции. Думаю, то же было и в других полках. Вся семья бывшего царя живет в отдельном доме, который совершенно изолирован и охраняется 7-ю постами офицерского караула. Для прогулок отгорожен небольшой двор, окруженный сплошным высоким забором. Летом был балкон, на котором иногда появлялась семья, которую и можно было видеть с улицы. С вечера кругом квартала ходят патрули — так до утра. Помимо этого ежедневно назначается дежурная полурота, так что охрана больше, чем достаточная. Раз или два в месяц семья ходит в церковь, которая находится через дорогу от дома. В это время дежурная полурота оцепляет все место и в церкви никого не бывает, кроме семьи. Весь отряд помещается здесь же сбоку дома, где помещается семья. Здесь же живет комиссар по охране И.С. Панкратов и его помощник прапорщик А.В. Никольский. Вся переписка проходит через руки комиссара. На службах как в церкви, так и в доме всегда присутствуют комиссар и комендант полковник Кобылинский. — Пропуск в дом производится только с разрешения комиссара или коменданта. Комиссар еженедельно присылал Временному Правительству телеграммы о состоянии охраны, так что Временное Правительство было все время осведомлено и знает положение дела. Я приехал в Тобольск 18 сентября и до сих пор ни разу не видал никакой толпы около дома, да никаких толп и не собиралось. Все сообщения газет — полнейший вздор, ни на чем не основанный. А вот телеграммы, напечатанные в «Новом Времени» и «Русском Слове»,— это уже прямо-таки провокаторская выходка, чтобы будировать публику. К тому же эта телеграмма помещена из Ставки — Могилева. По этому поводу комиссаром, отрядом, местным С.Р. и С.Д. посланы телеграммы с опровержением и с требованием расследовать эту провокаторскую выходку. Здесь чувствуется организованность, которая идет, конечно, от черной сотни. В виду таких уток комиссар решил посылать телеграммы за подписями для печатания, как официальных сообщений. О ненадежности отряда не приходится говорить. Отряд вполне надежен, службу несет отлично, весь он выбран полковым комитетом. О каком-либо переводе семьи бывшего царя не было никакой речи, и здесь появились слухи уже из газет. Город выбран очень удачно. Около 300 верст от дороги. Настроение населения гор. Тобольска не внушает никаких опасений. Никаких монархических движений, агитаций не слышно, а если бы таковые появились, то будут подавлены самим же отрядом. Никаких демонстраций и даже попыток к ним не было.

Капитан С.В. Аксюта.
Гор. Тобольск, 25 октября 1917 г.
http://belrussia.ru/page-id-7562.html