September 29th, 2016

Ретро

На пороге новых открытий

В предыдущих наших книгах мы рассказывали о пока что ненайденных киносъёмках Г.Е. Распутина, выполненных на ЕГО родине и в других местах. По всей вероятности, была сделана и запись голоса Григория Ефимовича.
Живший в Петербурге неподалеку от Смоленского кладбища критик А.А. Измайлов, к которому ходили В.В. Розанов и Г.Е. Распутин, был увлечен записями голосов на пластинки.

Александр Александрович Измайлов (1873†1921) – происходил из семьи священника, служившего на Смоленском кладбище. Литературный критик. Окончил С.-Петербургскую Духовную академию. Печатался преимущественно в «левой» печати: «Биржевых ведомостях» (под псевдонимом Смоленский и Аякс), «Русском слове». Поддерживал связи с поэтом Н.А. Клюевым.
Погибли эти записи или нет, неизвестно. Но если собрание А.А. Измайлова уцелело, то на одной из пластинок, возможно, сохранился голос Распутина. Об одной такой пластинке с записью беседы Г.Е. Распутина, рассказывавшего, между прочим, о посещении им Царской Семьи, свидетельствует сохранившийся протокол обыска, прошедший 11 апреля 1915 г. на квартире близкого старцу А.Ф. Филиппова.
Вполне возможно открытие новых снимков Г.Е. Распутина. Развязанная в 1910 г. и далее всё более усиливавшаяся клеветническая кампания против Царского Друга, а затем и разразившаяся революция заставила многих – с целью самосохранения – предать забвению свои связи со ставшим теперь опасным знакомым, уничтожив все следы этого общения.
Не исключено, однако, что кое-что и у нас в России и за границей (у потомков эмигрантов) могло сохраниться.

«Мы то мы, а вы-то то ище луче. Григорий». Фото из книги Арона Симановича, по словам правнучки Григория Ефимовича Лоранс, похитившего ее и другие документы (через свою дочь) у ее бабушки Матрены после выезда последней в эмиграцию.
Большие надежды в этом отношении мы возлагаем на утратившие после революции, гражданской войны и террора своих былых хозяев архивные фонды провинциальной России. Мы верим, что рано или поздно будут выявлены фотографии, на которых Г.Е. Распутин был когда-то запечатлен со светскими и духовными лицами.

Collapse )

Архиепископ Бийский и Алтайский Иннокентий (Соколов)
Помянутый нами журналист А.И. Сенин видел в покровском доме фотографии Григория Ефимовича с петербургским священником Романом Медведем.

Священник Роман Иванович Медведь (1874†1937)


Анна Николаевна Медведь
К делу были приобщены ряд снимков. В описи числились фото Г.Е. Распутина и его последователей, а также карточки Григория Ефимовича «со старцами». Все они после революции исчезли.
Сохранилось описание лишь некоторых находившихся когда-то в деле снимков: «На обороте первой фотографии, изображающей самого Распутина, сделана чьею-то рукою такая надпись: “28 мая 1906 г. в 8 час. 45 мин. утра на прист. Товар. г. Тоб Бол. От кр[естьяни]на села Покровского, Григория Евфимова Распутина”; это – “петербургская” фотография; на обороте второй, изображающей того же “Распутина” вместе с тремя его спутниками: Ил. Арсеновым [Араповым], Ник. Распутиным и Ник. Распоповым, – надпись (карандашом) передаёт эту карточку “на молитвенное воспоминание” “батюшке о. Феодору и матушке Граше” [ Покровскому священнику Феодору Афанасьевичу Чемагину и его матушке Глафире Николаевне. – С.Ф.]; также говорится о том, что, “хотя мы у неверующих в позоре, а” (но) (у) “верующих – в славе” и высказывается пожелание “нам и вам достигнуть единокупно вышняго Сиона”; на обороте третьей карточки надпись: “снимался в Екатеринбурге лет 8 назад”».

Священник Феодор Афанасьевич Чемагин (1878†1959) в кругу семьи
Фотографии из дома Г.Е. Распутина погибли вместе со своими обитателями, снимки из дела утрачены, но скорее всего не уничтожены, а выкрадены. Вполне вероятна также находка снимков, принадлежавших лицам, снимавшимся когда-то с Григорием Ефимовичем.
Немало проблем существует и с уже известными снимками Г.Е. Распутина. Мы пока даже не знаем, сколько именно их дошло до нас. Насущной задачей является также их атрибуция: определение времени создания, места и обстоятельств, в которых проходила съемка, установление лиц, с которыми был снят Григорий Ефимович и, наконец, определение имени фотографа.
Между тем, даже труды солидных, вроде бы, авторов, специально пишущих о Григории Ефимовиче, полны грубых ошибок. Ярким примером может служить книга доцента С.-Петербургского университета, кандидат исторических наук А.В. Терещука «Григорий Распутин. Последний “старец” Империи», вышедшая в 2006 г издательстве «Вита Нова», специализирующегося «на выпуске малотиражных коллекционных изданий».
По словам издателей, печатающиеся ими книги – это «сочетание академической подготовки текстов с лучшими традициями книгопечатания». Однако, вопреки этим заявлениям, смелость датировки в этой книге снимков Г.Е. Распутина не соответствует не только историческим фактам, но даже самой элементарной человеческой логике.

Фото Г.Е. Распутина с дарственной надписью неизвестной духовной дочери: «О дорогусинька излеваю от серца моево во благо поскорея помощь друг друга. Григорий». Государственный архив Российской Федерации
Грешат этим даже наиболее авторитетные архивы, на которые, казалось бы, можно было бы положиться. Тот же каталог Центрального Государственного архива кинофотофонодокументов в Петербурге, специализация которого позволяла надеяться на получение хоть какой-то достоверной информации, как выяснилось, увы, не может служить опорой.
Между тем, интерес к личности Г.Е. Распутина, выражающийся, в частности, во всё увеличивающемся потоке книг и других публикаций о Царском Друге, делает эту проблему насущной. В нашем альбоме мы попытаемся ответить на некоторые вопросы, по возможности ликвидировав ряд белых пятен.

Снимок Г.Е. Распутина, выполненный в фотоателье К.К. Буллы на Невском проспекте, д. 54. Российский Государственный архив кинофотодокументов (г. Красногорск Московской области)
http://www.nashaepoha.ru/?page=obj47150&lang=1&id=6439
promo pravoslavnaa january 1, 2017 17:27 3
Buy for 20 tokens
Начало XXI века совпало со знаменательной датой 2000-летия Рождества Христова. Мы современники, которым посчастливилось стать свидетелями такого знаменательного рубежа веков и многих юбилеев, в первую очередь 300-летие основания нашего города. Незаметно летит время, в ушедшем году мы уже отметили…
Ретро

ЖИЗНЬ НА ФИНСКОЙ ЗЕМЛЕ А.А.ТАНЕЕВОЙ

ЖИЗНЬ НА ФИНСКОЙ ЗЕМЛЕ А.А.ТАНЕЕВОЙ



taneeva_01.jpgУ себя на Родине Анна Александровна пять раз подвергалась арестам - вначале Временным правительством, а затем большевиками. «...Чёрная, беспросветная скорбь и отчаяние... Жизнь наша была медленной смертной казнью... Боже, сколько издевательств и жестокостей! Но я прощала всем, стараясь быть терпеливой, т.к. не они меня повели на этот крест и не они создали клевету; но трудно прощать тем, кто из зависти сознательно лгал и мучил меня», - пишет она в своих воспоминаниях.
Чудом ей удалось избежать расстрела. «...Как загнанный зверь, я пряталась то в одном темном углу, то в другом... В черном платке, с мешком в руках, я ходила от знакомых к знакомым. Постучав, спрашивала, как и каждый раз: «Я ушла из тюрьмы, примете ли меня?». В ежедневном страхе смерти жила она более года. За любовь и преданность Царской Семье Господь хранил её на всех путях.
Сестра Анны Александровны, уже живя за пределами России, заплатив большие деньги, организовала ей с матерью побег в Финляндию. Отправилась Анна Александровна босиком, в рваном пальто.
10 января (н. с.) 1921 года двое финнов, на больших санях, по льду переправили Анну с матерью на финский берег.
Уже 14 января  Анну Александровну допросила финская Центральная уголовная полиция. Для финских властей она представляла собой важную личность - была фрейлиной и подругой Российской Царицы Александры Феодоровны, чудом оставшаяся в живых. В их глазах Анна Александровна была представительницей одного из самых роскошных Дворов Европы, занимавшей значительное положение в семье Царя Николая II и, согласно создавшемуся общественному мнению, влиявшей на политику России. Во время допроса, как и неоднократно в России, ей ставились вопросы об ее отношении к Царю, к Г. Распутину, о политике.
На вопрос: «Как вы объясните приход большевиков к власти», Анна Александровна ответила:
«На практике великосветские князья и другие представители высшего общества вели легкомысленный образ жизни, не обращали внимания на народ, который находился на низком уровне жизни, не обращали внимания на его культуру и образование. Большевизм зародился по их вине. ... Гибель России произошла не с помощью посторонней силы. Надо и признать тот факт, что сами русские, те, что из привилегированных классов, виноваты в ее гибели».

taneeva_02.jpg

Collapse )


taneeva_03.jpgПоселившись в Финляндии, Анна Александровна остро переживала всё былое, как радостное, так и горькое. Дворцовые балы, Государь, дружба с Государыней, Царские Дети, поездки с ними в Финляндию, в Крым. К этим радостным воспоминаниям примешивались воспоминания об интригах вокруг Царской Четы, об открытых и беззастенчивых требованиях родственников и, казалось бы, преданных ему людей об отказе Государя от Престола. Остались в памяти разлучение с Царской Семьей, смерть отца.
Все это переполняло ее душу. Она никак не могла смириться с тем злом, которое произошло с Божиими Помазанниками, с Церковью, со всем народом и страной в целом. С тем злом, которое превратило Россию в большой сумасшедший дом и полностью уничтожило ее жизнь и культуру.
Сразу же после побега она начинает писать первую книгу своих воспоминаний о действительных событиях того времени, свидетельницей которых она была, чтобы примирить народ с Царем, - как об этом при встрече просил ее М. Горький, - а также и о себе.
Воспоминания на русском языке с названием «Страницы моей жизни» вышли в Париже через год, в 1922 году под фамилией Вырубова, хотя она была в разводе с мужем и вернула себе девичью фамилию Танеева сразу же после развода в 1908 году. Фамилия Вырубова была широко известная, это способствовало бы успешной продаже книги, доход от которой мог бы дать средства Анне Александровне с матерью на некоторое время.
В переводе на финский, шведский и английский языки книга воспоминаний вышла в 1923 году. В Финляндии она вышла под названием «Воспоминания о Русском Дворе и революции».
17 января 1923 года Анна пишет С.В. Маркову[1] «...Теперь скоро два года, как мы выехали из России и жили ... у сестры. Сколько перенесено с тех пор, что я Вас не видела! ... За эти два года я очень поправилась, но еще порядочно нервная. ... Мы с мамой сейчас в... Хочу вам послать фотографии, которые будут вам дороги, когда получу от вас ответ. Читали ли Вы мои воспоминания, которые вышли в Париже? Если нет, то вышлю. Храни Вас Господь, милый «маленький Марков»! Слава Богу, что Вы живы! Танеева».
Изданные воспоминания, вопреки ожиданиям Анны Александровны, были встречены негодованием и озлобленным раздражением как в Советском Союзе, так и за его пределами.
После свержения Царской власти в России жизнь Анны Александровны резко изменилась. Ее уже ничего не привлекало в мире. Она жила лишь воспоминаниями о времени, проведенном с Царской Семьей, с Государыней, и желала уединения, молитвенной тишины.
Живя в Терийоках, Анна Александровна, превозмогая трудность передвижения, совершает с помощью матери и близких людей частые поездки в Валаамский монастырь. Там она завязывает дружбу с иеросхимонахом Ефремом (Хробостовым) и схиигуменом Иоанном (Алексеевым).
Иеросхимонах Ефрем был ещё до революции знаком Анне Александровне. Он был духовником Великого князя Николая Николаевича. На средства Николая Николаевича и других Великих князей на Валааме было задумано устроить скит в двух верстах от монастыря, где бы днем и ночью читалась Псалтырь, и совершалось богослужение, за которым бы поминались души всех воинов, живот свой за Веру, Царя и Отечество положивших. К 1917 году успели построить только небольшой храм во имя образа Божией Матери «Смоленская» со звонницей, а также избушку-келью, в которой и жил о. Ефрем. С началом смутных времен насельников скита собрать не удалось. Отец Ефрем один ежедневно совершал Божественную литургию вплоть до 1940 годов, за которой он поминал до 1000 имен павших воинов. Постелью ему был гроб.
Посещения Валаама и духовные беседы с иеросхимонахом Ефремом усилили решение Анны принять монашество. Желание уйти в монастырь у нее было еще в последние годы жизни в России. Об этом Анна Александровна делилась с Государыней.
«Бесконечно тебя люблю и горюю за свою «маленькую дочку» - но знаю, что она стала большая, опытная, настоящий воин Христов. Помнишь карточку Христовой Невесты? Знаю, что тебя тянет в монастырь (несмотря на твоего нового друга!). Да, Господь все ведает, очень хочется верить, что увидим еще храм Покрова с приделами на своем месте - с большим и маленьким монастырем», - писала Государыня Анне 9 декабря 1917 из Тобольска.
К сожалению, тогда желание Анны Александровны было не исполнимо - монашеская жизнь преследовалась, в монастырях бывали постоянные обыски, их закрывали, а монахинь брали на общественные работы.
После побега из-под стражи, когда ее вели на расстрел, она вынуждена была скитаться в течение года от объявленного розыска. Находясь в ежеминутной опасности быть найденной и убитой, чрезвычайно переутомленная и изменившаяся, по настоянию родственников она решилась покинуть Родину. При этом она дала обет Богу, что если ей с матерью удастся поселиться в Финляндии, то она примет монашество и посвятит оставшуюся жизнь Богу.
В Финляндии был действующий Линтульский Свято-Троицкий женский монастырь,[2] который окормлялся Валаамским монастырем. На открытии и освещении обители в 1894 году присутствовал праведный Иоанн Кронштадтский. Анну Александровну как инвалида, нетрудоспособную и не привыкшую к тяжёлым, в том числе и к сельскохозяйственным работам, не взяли в число насельниц. На свое прошение она получила отказ.

taneeva_04.jpgИ тогда отец Ефрем, провидев скорбь ее души и искреннее желание отрешиться от мира, решил помочь Анне Александровне и предложил ей тайный постриг в монахини. Пострижение в тайную монахиню было в то время частым явлением, особенно среди эмигрантов. Тайная монахиня могла жить вне монастыря, среди обыкновенных людей, дав обет безбрачия и отречения от всех благ. Ей необходимо было исполнять определённое ежедневное уставное молитвенное правило, посещать богослужения в близлежащей церкви, а также скромно одеваться и избегать светских развлечений.
14 ноября 1923 года произошел монашеский постриг Анны Александровны с именем Мария, в честь святой равноапостольной Марии Магдалины, празднование которой совершается в Неделю святых Жен-мироносиц и 22 июля по церковному календарю (4 августа н.с.). Постриг был совершён в Смоленском скиту Валаамского монастыря настоятелем Валаамской обители игуменом Павлином. Духовным отцом её становится иеросхимонах Ефрем. Монахиня Мария с матерью прожили неделю в келье о. Ефрема.
После пострига Анна Александровна продолжает посещать Валаам, своего духовного отца, а также ведет с ним переписку.
Первого октября 1925 г. Анну Александровну с матерью с дачи в Терийоки по решению губернатора высылают в Выборг, где они арендуют квартиру в доме «Эден». В 1937 году в списке жильцов дома «Эден» значится Вера Запевалова, взятая на службу по уходу за матерью Анны Александровны.

taneeva_05.jpgДом принадлежал семье Акутиных и считался в то время самым красивым и дорогим по постройке, престижным, так называемым «генеральским домом» в Выборге. Его жителями были богатые, известные личности. Он назывался «Дворец Эден» и располагался на улице Ваасанкату, 13.
На первом этаже этого дома находился магазин известной в то время фирмы «Эден». «Свежие и сухие фрукты, консервы туземные и заграничные, всегда свежий и разнообразный склад. Заказы на покупки по телефону исполняются хорошо и немедленно, высылаются на суда и по домам» - предлагал магазин «Эден» в своей рекламе на страницах старых газет и журналов.
Самой известной жительницей дома стала Анна Танеева. Юная хозяйка дома, Марина Павловна Акутина, брала у Анны Александровны уроки английского языка. Позднее Мария Павловна Акутина-Шувалова так напишет об Анне Александровне:
«Она была очень религиозна, лето часто проводила в монастырях. Много рассказывала о Царской Семье. Я была девочкой, подробности этих рассказов, конечно, стерлись, но осталось впечатление о том, что Царская Семья, память о ней - было самое дорогое в ее жизни... И еще хорошо помню, что она была очень мягким человеком. Несмотря на все пережитое, в ней совсем не было ненависти, озлобленности».
Преподавая язык, давая уроки музыки за скромную плату, Анна Александровна поддерживала своё с матерью существование и помогала своей племяннице, Татьяне Пистолькорс.
Татьяна, шведская подданная, была старшей дочерью Александры (Али), сестры Анны, которая была замужем за камер-юнкером Государя Николая II Александром фон Пистолькорсом. Позднее Татьяна вышла замуж за графа Николаса фон дер Палена. Фон дер Палену в 1942-1944 годах принадлежала усадьба Монрепо, которая затем, как и Выборг, перешла Советскому Союзу.
На свое новое место жительства Анне Александровне удалось переправить личные семь фотоальбомов. В годы пребывания с Царской Семьей Анна Александровна, так же как Государыня и ее дети, увлекалась фотографированием. У членов Царской Семьи и у Анны были свои фотоаппараты фирмы «Кодак Брауни». Сделанные ими снимки оживленно обсуждались за обедом, делались копии, затем наклеивались в кожаные с тесненной тканью альбомы с золотой императорской монограммой. Был альбом и у Анны Александровны, который, помимо снимков, сделанных ею лично, включал снимки, сделанные Императрицей Александрой Феодоровной, придворным фотографом, а также подаренные ей со стороны. Большое количество снимков было сделано ею во время пребывания на финских шхерах, в Виролахти.

taneeva_06.jpgВо время первого ареста Анны Александровны альбомы хранились у Государыни, которая затем передала их ей вместе с оставшимися во Дворце вещами Анны. Во время арестов при большевистском режиме, когда искались на нее улики, и из квартиры уносилось все, что помещалось в карманах и руках, Анне Александровне все же удалось сохранить семь больших альбомов, насчитывающих более 3000 фотографий, у своих надежных друзей. Хранить альбомы было рискованно - советская власть с особым рвением охотилась за фотографиями Царской Семьи, изымая их из библиотек, архивов, из всех других доступных им мест с целью уничтожения памяти о них.
Живя в Выборге, Анна Александровна знакомится с Выборгским епископом Александром (1883-1960). Во время Зимней финско-советской войны Выборгская кафедра переместилась в Хельсинки и дружба с ним длилась до конца её жизни. Епископ стал для Анны Александровны близким другом и доверенным лицом.
В Финляндии проживал знакомый Анны Александровны Г. Маннергейм. Барон Густав Маннергейм был представлен ей в Царском Селе в 1908 году, когда он только что вернулся из Азиатского похода. После этого, приезжая в Царское Село, генерал-лейтенант Российской Императорской армии Г. Маннергейм несколько раз был в ее маленьком домике, расположенном рядом с царским Дворцом. Анна Александровна со свойственной ей доброжелательностью к людям была рада гостям и радушно принимала их. В январе 1909 г. гостями в доме Анны была Царская Чета, а также и Г. Маннергейм. Это было незадолго до отправления его в Польшу.
Последняя встреча и беседа Анны Александровны и Густава Маннергейма в России состоялась в феврале 1917 года в Царском Селе, в Александровском дворце, в который она переехала по настоянию Государыни Александры Феодоровны.
Г. Маннергейм следил за событиями, происходившими в России и по рассказам приближенных знал о трагической судьбе Царской Семьи, а также о том, что Анна Александровна была узницей Трубецкого бастиона Петропавловской крепости и тюремной камеры в финской крепости Свеаборг.
Из Выборга Анна Александровна посылает ему красивую русскую рождественскую открытку с самыми наилучшими пожеланиями. Доброжелательный текст завершала подпись: «Анна Танеефф, Ваасанкату, 13, Виипури».
Для Г. Маннергейма это было большой неожиданностью, и генерал от кавалерии Финляндской армии сразу ответил Анне обычным письмом, не используя свои официальные бланки. Густав по-французски писал:
«Дорогая мадам, меня очень обрадовало, что Вы вырвались из революционного петроградского ада и живёте в семье благородных людей Акутиных, которых я хорошо знаю».
В июле 1930 года генерал Густав Маннергейм был проездом в Выборге на пути в Терийоки, на виллу «Бьянка». Анна Александровна намеревалась встретиться с ним, но сразу же по приезде в Выборг генерал заболел и вернулся в Хельсинки.
В апреле 1926 года выборгские друзья Анны Александровны показали ей некролог, опубликованный в журнале «Прожектор» (№6, март, 1926) издательства газеты «Правда». На 30-й странице под ее портретом было напечатано: «На снимке справа портрет скончавшейся Анны Вырубовой, личного друга Александры Феодоровны, одной из самых ярых поклонниц Григория Распутина. С именем Вырубовой связаны последние, самые мрачные годы царизма. Во дворце она играла крупнейшую роль и вместе с Распутиным правила государством. Протопопов был ее ставленником, многие назначения проходили при ее помощи».
Через два года, в 1928 году, имя Анна Александровны вновь очерняется, и в очередной раз она переносит груз непомерной тяжести лжи и клеветы.
В Латвийском издательстве «Ориент» выходит книга - грязный, очерняющий Царскую Чету пасквиль: «Фрейлина Ея Величества. Интимный дневник и воспоминания А. Вырубовой». Книга состояла из двух частей - так называемого «дневника» Анны Вырубовой и ее воспоминаний. «Дневник» А. Вырубовой печатался в 1927-28 годах на страницах журнала «Минувшие дни» - приложения к вечернему выпуску петроградской «Красной газеты». «Дневники» являлись литературной мистификацией и приписываются А. Толстому и П. Щеголеву. Книгу составил и редактировал С. Караченцев. Публикуя «дневник» и воспоминания, он подверг их значительным сокращениям, особенно это касается «дневника».
Этот «дневник» вместе с воспоминаниями еще в 2005 продавался в магазине русской книги в Хельсинки, изданный минским издательством «Харвест». Ложь и клевета на доброе имя Анны Александровны, а также предубеждение против нее долгое время были широко распространены и засели в умах людей, как в России, так и среди соотечественников за рубежом.
Анна Александровна, как и во всех подобных случаях, не оправдывалась, не пыталась что-либо доказывать. С мученической болью в душе, с терпением, смирением и евангельской кротостью она несла возложенный на нее крест. По характеру жизнелюбивая и открытая, любившая общение с людьми, никогда не пренебрегавшая ими, она по своей собственной воле, устав от несправедливости и людской злобы, начинает жить отстраненно, посвящая жизнь молитве, Богу. К этому же обязывал ее и тайный монашеский постриг.
В 1930 годах, будучи в постриге и имея достаточно времени для осмысления прошедших событий, Анна Александровна начинает писать вторую книгу своих воспоминаний - «Фрейлина Государыни».

taneeva_07.jpgЕсли в первой книге она говорит больше о своей жизни при Дворе, а также об арестах, пребывании в тюрьмах, то в последующих воспоминаниях она описывает события и людей, окружавших Царскую Чету. Более подробно она пишет о Государе, особенно о Государыне, дела и мысли которой она знала больше, чем кто-либо другой, о детях, рассказывает о буднях, поездках на отдых и о других событиях, свидетелем и участником которых она была. Рассказывает простым, любящим сердцем, без лицемерия, никого не обличая, представляя все на суд Божий.
Анна Александровна была уверена, что в будущем будут  много писать о жизни Семьи Царя Николая II. Большим ее желанием было донести до читателей историческую правду о той обстановке русской смуты, в которой жила Царская Чета, помочь понять их страдальческую жизнь, а также развеять ложь и клевету, которую Государыня незаслуженно кротко и терпеливо несла. Она надеялась, что «...Государыню иначе оценят те, кто ради своей выгоды оклеветали её».
В своих воспоминаниях Анна Александровна показывает, насколько важными в жизни являются такие человеческие качества, как совесть, терпение, верность, преданность, честность, не осуждение. Этими качествами Анна Александровна обладала сама, они-то и дали ей возможность сблизиться с Государыней и 12 лет преданно служить ей.
При описании событий ею двигала любовь к Царской Семье, которую она желала передать всем людям и этим хоть как-то возбудить в них чувство покаяния за совершенное зло по отношению к Царственным Мученикам и России в целом.
Живя в Финляндии, Анна Александровна не имела той социальной помощи, которая была у граждан страны. В 1930-х годах она многократно просила о финском гражданстве, но получала отказы.
Так, в 1935 году прошение было отклонено по причине «неопределённости дохода просительницы». Обеспечение ее за счет Фонда средств малоимущих не могло осуществляться, т.к. отчисления в Фонд Анна Александровна не могла делать по причине нетрудоспособности: после железнодорожной катастрофы она передвигалась медленно, с помощью палки.
Жалование при Дворе она не получала. Часть собственности - построенный на ее средства лазарет, была национализирована. Другая ее часть - приданное на свадьбу от Государыни, подарки, была израсходована во время ее тюремных заключений, а также на её существование с матерью в период голода, беспорядков гражданской войны, когда была нехватка продовольствия, и за все надо было платить сверх цены. Имущество отца - композиторские труды, ноты, книги, драгоценности - помогло лишь на некоторое время.
Но Господь и добрые люди не оставляли её. Она пишет в воспоминаниях:
«И у меня, и у матери душа полна неизъяснимого страдания: если было тяжело на дорогой Родине, то и теперь подчас одиноко и трудно без дома, без денег... Но мы со всеми изгнанными и оставшимися страдальцами в умилении сердец наших взываем к милосердному Богу о спасении дорогой Отчизны. "Господь мне помощник и не убоюся, что мне сотворит человек».
Последние годы жизни в Выборге, помимо всего прочего, омрачились продолжительной болезнью и смертью матери. Надежда Илларионовна скончалась 13 марта 1937 года. Она понимала и поддерживала Анну как в радости, так и в горе, разделяя вместе с дочерью крестный путь её жизни. Отпевание было совершено в выборгском Преображенском кафедральном соборе. Похоронена она была на кладбище Ристимяки. О том, что значили для неё родители, Анна Александровна пишет в своих воспоминаниях:
«Несмотря на путешествия и полученное образование, больше всего нас, детей, всё-таки воспитали наши родители. Самым большим счастьем для нас было быть в их кругу, и они со своей стороны посвящали нам каждую свободную минуту. Под влиянием наших родителей из нас выросли люди, любящие искусство и всё красивое. Вера в Бога, посещение богослужений, безупречная жизнь, молитва были для нас опорой на жизненном пути. Наш отец подчёркивал важность для человека чувства долга и призывал нас во всех случаях жизни следовать голосу своей совести. Он сам был самозабвенно предан престолу и своему Государю; эту же преданность мы переняли от него, как и он перенял её от своих предков».
Г. Маннергейм, уже будучи фельдмаршалом Финляндии, узнав о том, что у Анны большое горе, прислал ей сердечную, сочувственную телеграмму, в которой вспоминал встречи с её матерью в Петербурге.
Во время болезни матери Анна Александровна приобретает друга - Веру Запевалову.
О Вере Запеваловой, вначале служанке, а затем подруге Анны Александровны, к сожалению, самой Анной ничего не сказано.

taneeva_08.jpgЖизнь в Финляндии с материальной стороны была тяжелой. Платить Вере порой было нечем, так как денег не хватало даже на пропитание. Тем не менее, Вера, имея в Финляндии родителей, родственников, испытывая к Анне Александровне сострадание, разделяла с ней все тяготы и стала для нее поддержкой в трудные моменты до конца жизни Анны, посвятив свою жизнь служению ближнему. Не случайно могилы их находятся в нескольких шагах друг от друга, хотя разница в их смерти 20 лет.
Вот как пишет о своей тете и крестной матери Паули Карасваара:
«Согласно записи крещения, Вера родилась 25 сентября 1904 года. На следующий год родители Веры переехали в Терийоки, где решили заняться своим небольшим делом. В семье родилось пять девочек. Отец, будучи благочестивым, приучил дочерей прилежно посещать церковь.
Случилось так, что Анна Александровна, будучи в гостях у пожилого офицера Царской армии, сказала, что нуждается в надежном человеке, который мог бы в доме заботиться о её пожилой, больной матери. Веру пригласили в комнату, осторожно спросив, "не хотела ли бы она переехать в Выборг на новое место работы?". В тот момент Вера вспомнила, что её старшие сёстры Евгения и Мария только что временно устроились жить в Выборге. И обе были на курсах швей. Вера почти тут же согласилась.
Через некоторое время Вера переехала в Выборг и принялась за работу, которая длилась до смерти Анны в 1964 году, свыше сорока лет.

По природе нетребовательная и услужливая, Вера быстро освоилась с новой работой, хотя уход за больной Надеждой Илларионовной и инвалидом Анной для молодой девушки был нелегким делом. Кроме того, при отсутствии постоянного дохода ежедневный поиск средств к существованию для трёх человек были существенным вопросом.
В Выборге в то время говорили на финском и шведском, хотя там жили меньшинства, говорящие и на других языках. Обслуживание в магазинах и учреждениях происходило главным образом на финском языке.
Работа работника учит, - так и Вера сама научилась исполнять свою работу настолько хорошо, насколько это было возможно. Уход за больными, хождение за покупками, приготовление пищи, уборка и многое другое было на ответственности Веры.
Её сестра Мария в 1930-х годах, выйдя замуж за священника Александра Гаврилова, переехала жить в дом священника в Койвисто. Вера с фотоаппаратом была частым гостем у них, являясь крёстной матерью их младшего ребенка Паули.
Во время совершенных с Анной Александровной поездок на Валаам Вера завязала дружбу с иеромонахом Тарасием, который стал её духовным отцом. Обмен письмами, а также посещения его, сформировали основу духовной жизни Веры. Иеромонах Тарасий умер в начале 1960-х годов в Ново-Валаамском монастыре».

taneeva_09.jpgВера сдержала обещание, данное больной Надежде Илларионовне, что не оставит её дочь.
После смерти матери Анна с Верой переезжают из дома «Эден» в другой, более скромный дом Выборга, и живут там до начала Зимней финско-советской войны.
В 1937 году Анна Александровна знакомится с Робертом Д. Брюстером, бывшим в то время студентом Йельского университета в Америке. Целью его приезда в Выборг было неподдельное желание узнать возможно больше из уст самой Анны о Семье последнего Российского Императора. У Анны Александровны установилась с ним переписка. В Нью-Йорке в это время проживал ее родной брат Сергей с супругой.
В этом же году, 2 мая, в Выборге Анна Александровна заключает договор об издании своей второй книги воспоминаний «Фрейлина Государыни» с фотографиями из личного фотоальбома. На средства, полученные за переданные статьи и фотографии, Анна Александровна и Вера некоторое время могли существовать. Текст рукописи с русского языка начали переводить на финский, шведский и английский языки. Начавшаяся осенью 1939 года Зимняя война (1939-1940) в корне изменила задуманные планы. Тогда Х.И. Вихерюури, который был главным редактором в издании воспоминаний Анны, выкупил все относящиеся к издательскому договору права и обязанности.
Но последующие политические и военные события сделали невозможным выход книги еще долгие годы. Суждено было этому изданию выйти в свет на финском языке под редакцией Ирмели Вихерюури, дочери Х.И. Вихерюури, в издательстве «Отава» лишь спустя 50 лет, в 1987 году.
В 1939 году Анна с Верой, убегая от войны и советской власти, уезжают в Швецию и живут в маленьком приюте недалеко от Стокгольма. Тогдашняя Королева Швеции Луиза была дочерью сестры Государыни Александры Феодоровны, принцессы Виктории Батенбергской, с которой Анна Александровна была знакома и дружна еще в прежнее время. Расходы по их содержанию взял на себя Шведский Двор.
Королева Луиза, узнав о том, что у Анны нет никакого источника доходов, стала выплачивать ей небольшую пенсию, которой хватало лишь на самое скромное существование двух человек. Кроме того, она отправляла Анне посылки с вещами. Некоторые из вещей Анна продавала и тем самым улучшала свое материальное положение. В память о прошлом, а также в знак благодарности, Анна Александровна подарила Королеве Луизе свой первый фотоальбом.
В результате Зимней войны Выборг перешел к Советскому Союзу и для Анны и Веры возврата в него уже не было. По той же причине не было дороги на Валаам, монастырская жизнь в котором приостановилась на многие годы.
http://www.nashaepoha.ru/?page=obj60386&lang=1&id=2518

Рита  Мартин

ЖИЗНЬ НА ФИНСКОЙ ЗЕМЛЕ А.А.ТАНЕЕВОЙ

taneeva_10.jpgВо время Зимней войны, когда шла борьба за Карельский перешеек и водные пути Ладоги, монастырь подвергся усиленной бомбардировке. 5 февраля братия во главе с игуменом Харитоном, имевшая к тому времени финское подданство, покинула Валаам.
Монахам удалось увезли с собой все самое ценное - раку преподобных Сергия и Германа, иконы, Евангелия, предметы церковной утвари, облачения, книги, колокола, дары Российских Императоров монастырю. Зимой 1940 года из-за сильных морозов лед на Ладоге был достаточно прочным. Ценности монастыря вывозились на грузовых автомобилях финской армии, которые выделил главнокомандующий финской армии фельдмаршал Г. Маннергейм. Тогда же была вывезена и главная, богословская часть знаменитой библиотеки Валаамского монастыря.
В бывшей усадьбе Папинниеми в селении Хяйнавеси, приобретенной братией 24 июля 1940 г., продолжилась жизнь монастыря, который впоследствии получил название Новый Валаам. С 1945 по 1957 г. Ново-Валаамский монастырь находился в юрисдикции Русской Православной Церкви, после чего Ново-Валаамская обитель была передана Финской Православной Церкви, с 1923 года находившейся в юрисдикции Константинопольского Патриархата.
К середине 1970-х годов в Новом Валааме осталось только два русских инока: архимандрит Симфориан (1892-1981) и монах Акакий, умерший в 1984 г в возрасте 110 лет. С их кончиной завершилась история русского Валаама с Ладоги, который теперь населяют монахи-финны. Богослужения в обители совершаются на финском языке.
Весной 1940 года, когда Анна и Вера после Зимней войны вернулись из Швеции в Финляндию, встал вопрос о месте жительства. Некоторое время они живут в Хаминалахтинской усадьбе, в 8 километрах от города Куорио. Усадьба до 1910 года принадлежала братьям из известного рода фон Райт, художникам-пейзажистам.
Отношение к русским стало неоднозначным. И тогда Анна Александровна обратилась с просьбой о встрече к своему старому знакомому, теперь уже фельдмаршалу Финляндии К.Г. Маннергейму, надеясь получить помощь и защиту.
Об этой встрече рассказывает Л.В. Власов в своей книге «Женщины в судьбе Маннергейма». «В день их встречи фельдмаршал Г. Маннергейм послал за Анной Александровной машину. Тяжеловатая, сильно хромавшая, с большим трудом и с помощью адъютанта Маннергейма, одетая в темное платье Анна Александровна вошла в дом в Кайвопуйсто[3]

taneeva_11.jpg

Collapse )

taneeva_12.jpgС помощью друзей им удалось скромно обставить комнаты мебелью. В комнате Анны Александровны до конца её жизни на стене висели портреты Государя и Государыни. В комнате было полутёмно, дверь всегда была приоткрытой, во избежание стуков в нее. Сидела Анна Александровна чаще всего в кресле, в углу своей комнаты, у телефона. Страх ареста, ужасов тюрьмы не покидал её и в Финляндии. Опасалась она и офицеров Красной армии, которые после окончания Зимней войны поселились в Финляндии.
Под руководством епископа Александра в маленькой квартире Анны собирались эмигранты для бесед на духовные темы. Анна Александровна жила в этой квартире до конца своей жизни. После смерти Анны Александровны Вера продолжала жить в ней еще 20 лет - до 80-х годов. Вера долгое время, почти всю свою жизнь, страдала сахарным диабетом. Здоровье ее стало ухудшаться, и вначале 1980-х годов она получила место в доме престарелых «Хелена». Там жили и её старые знакомые со времен жизни в Терийоках, а также была домашняя церковь, в которой регулярно совершались богослужения на церковно-славянском языке.
Вера скончалась в 1985 году, также в возрасте 80 лет, как и Анна.
Связь Анны Александровны с Г. Маннергеймом продолжалась в переписке, но в основном это были поздравления к праздникам. В день 75-летия фельдмаршала Анна Александровна направила ему из Хельсинки в Миккели большое поздравительное письмо, полное теплых петербургских воспоминаний и получила любезный ответ на него.

taneeva_13.jpg

Collapse )

taneeva_14.jpgНо связь с Валаамом не прекратилась. Ее духовную жизнь окормлял валаамский старец Иоанн (Алексеев)[4] Когда он приезжал в Хельсинки из Ново-Валаамского монастыря, на квартире Анны Александровны проходили встречи его с духовными чадами. Духовную жизнь Анны он поддерживал и в письмах к ней, в которых давал советы по разнообразным вопросам, а также духовно укреплял ее. Валаамский старец в одном из писем назвал Анну «осколком утонувшего корабля». В письме от 19.02.1948 года он пишет:
«...В сущности, инок отличается от мирян только безбрачием, а в остальном и миряне должны и обязаны вести жизнь такую же, т.е. по заповедям. Заповеди даны общие для всех. Инокини удалились от мира именно для того, чтобы удобнее исполнить заповеди Господни. В данное время, конечно, монастырская жизнь потекла по другому руслу, по причине мировых событий. Ревнующим о духовной жизни приходится приспосабливаться к этой жизни внешне, а более всего обратить весь свой труд на внутренний подвиг.
...Епископ Игнатий (Брянчанинов) полагает, что мы последние иноки. "Последние иноки иноческих дел не будут иметь, но постигнут их искушения и напасти, и которые иноки претерпят, таковые будут выше нас и отцов наших".

...О посте я напишу кратко. Мы должны иметь послушание Церкви: что она заповедала, исполнять в точности. Святая Церковь воспевает на первой неделе Великого поста, в понедельник вечером: "Истинный пост есть злых отчуждение, воздержание языка, ярости отложение, похотей отлучение, оглаголания, лжи и клятвопреступления. Сих оскудение, пост истинный есть и благоприятный.
...Вычитывание Акафистов и 600 молитв хорошо, только чтобы не на ветер, а внимательно"»
.
Со временем здоровье Анны Александровны стало ухудшаться, обостряются болезни тела после железнодорожной катастрофы. Перемещалась она уже в инвалидном кресле. Тщательное медицинское лечение требовало денег.
Жизнь Анны и Веры, полная лишений, сказалась и на их взаимоотношениях, которые становятся временами сложными. Об этой скорби она пишет старцу Иоанну, который так отвечает ей на письмо:
«Прошу простить меня за моё молчание, хоть и не пишу Вам, но в своих молитвах всегда Вас с В. поминаю. Помоги Вам Господи жизнь свою проводить в мире и согласии, по святому апостолу: "Друг друга тяготы носите и так исполните закон Христов". Живя вдвоём, достижение духовного мира требует терпения и смирения, и если у нас нет этих добродетелей, думаем, что другой всегда виноват, а не я».

taneeva_15.jpgДо конца жизни душу Анны Александровны переполняло чувство внутренней скорби и горечи оттого, что никто не желал видеть тяжкой вины русского народа перед Богом венчанным Царем, никто не дорожил памятью о прошлом, все забыли, все смирились с происшедшими событиями и приспособились. И тогда она вновь получает утешение от старца Иоанна:
«Я глубоко верю: что решено в Небесной канцелярии, то неизбежно и будет. Лучше же нам положиться на волю Божию и уклониться от политической болтовни, ибо она туманит голову и является малодушием... Надо читать больше Св. Евангелие и Псалтирь, ибо от этого чтения и размышления о Премудрости и благости Всевышнего будет мир душевный, а от чтения газет - малодушие и смущение».
Страх, что вновь что-то ужасное произойдет с ней, не покидал Анну Александровну. Об этом она тоже писала старцу Иоанну.
«13. 07.1950. Боголюбивейшая М.М.!
Вы напрасно беспокоитесь о неполучении Вашего письма. Бог простит тя, чадо, старайся, насколько сил хватает, полагаться на волю Божию, и Господь по Своему милосердию поможет тебе, и все страхи Ваши исчезнут, аки дым».

Живя в оживленном районе Хельсинки, Анна с Верой на летнее время, по возможности, снимали недорогой летний домик. Находясь там, Анна Александровна писала акварелью. Это увлечение она переняла от Государыни Александры Федоровны. Рисунки дарила друзьям или продавала за небольшие деньги.
По поводу рисования старец Иоанн 18.11.1950 года писал ей:
«...Бог благословит работу - рисование. Данный Богом дар не закапывай. Св. отцы плели кошницы (корзины), а у Вас другое рукоделие».

Следуя примеру Государыни, пасхальные и рождественские открытки Анна Александровна делала сама.                                                                                                                                        Анна Александровна от всего сердца любила Царскую Россию, в которой она родилась и провела лучшие годы своей жизни. Она жила воспоминаниями о ней, о ее людях. Ведь многие добрые люди не оставили ее и ее мать во время ужасных революционных событий, приносили им хлеб, продукты и деньги. «...Имена их Ты веси, Господи! Как могу я отблагодарить всех тех бедных и скромных людей, которые, голодая сами, отдавали нам последнее? Если порок привился к русскому народу, то все же нигде в мире нет того безгранично доброго сердца и отсутствия эгоизма, как у русского человека», - пишет Анна Александровна в своих воспоминаниях.

taneeva_16.jpgВ Хельсинки, Анна Александровна посещала Успенский собор, который был самым большим в городе. Во время нахождения Финляндии в составе Великой Российской Империи стала распространяться и укрепляться православная вера. В 1812 году столица Финляндии из Турку была перенесена в Хельсинки. Численность населения, в том числе православного - русских купцов, фабрикантов, военных - стала расти, и было решено построить в дополнение к собору святого Благоверного князя Александра Невского в Свеаборге, лазаретной и Свято-Троицкой церквам -  Успенский собор. Строительство было начато, закончено и освящено при Императоре Александре II в 1868 году. Средства на строительство этого храма с его великолепнейшим убранством были в основном получены от Святейшего Синода, Императорского Двора, а также на пожертвования от знатных, состоятельных и простых верующих.
После провозглашения Финляндией независимости Православная Церковь Финляндии в 1923 году вошла в состав Константинопольского патриархата.
В Успенском соборе некто, прибывший в Хельсинки в 1960-х годах из России, заметил пожилую женщину в инвалидной коляске. Он обратился к ней.
«А вы, молодой человек, приехали из России?», - спросила она. Узнав, что это Анна Вырубова, он гордо отчеканил: «Из Советского Союза!», - и почему-то при этом перекрестился. На этом их «беседа» завершилась. И снова в сердце Анны Александровны боль за Россию, ее народ, и снова молитва об ее спасении.
В последние годы страх смерти не покидал Анну Александровну. Она пишет об этом старцу и получает ответ:
«Письмо ваше получил и молебен отслужил. Пишешь, что умирать не хочешь и боишься смерти. Да, смерть тайна великая, и все человечество страшится ее. Боязнь смерти есть свойство человеческого естества, происходящее от преслушания, говорит Лествичник».
30 июня 1964 года Анна Александровна, будучи с Верой на даче, занемогла и была перевезена оттуда в хельсинкскую больницу. Там она простилась с немногими своими друзьями, исповедовалась, приобщилась Святых Христовых Таин и отошла ко Господу 20 июля 1964 года, не дожив девяти дней до 80 лет.
Проводить в последний путь тайную монахиню Марию собралась небольшая группа людей. После отпевания слово прощания у могилы произнес протоиерей М. Крузин. День был яркий, солнечный.
С трудом были найдены средства для оплаты места на кладбище[5]. Спустя годы православный Гельсингфорсский приход установил на ее могиле каменное надгробие с надписью «Анна Александровна Танеева». В 2008 году стараниями членов Общества памяти святых Царственных мучеников и Анны Танеевой в Финляндии к надписи было добавлено - «монахиня Мария». Ушло в прошлое ставшее нарицательным имя Вырубова.
http://www.nashaepoha.ru/?page=obj60386&lang=1&id=2518

Винтаж

Царская семья – идеал христианской семьи

Автор: «Православная газета»
Дата: 2015-07-15 08:31
Монахиня Нина (Крыгина), насельница Среднеуральского женского монастыря в честь иконы Божией Матери «Спорительница хлебов», кандидат психологических наук, в прошлом – профессор Магнитогорского государственного университета, ведет большую воспитательную, просветительскую и миссионерскую работу. Она выступает перед разными аудиториями с разными темами бесед, но всегда неизменными остаются живой интерес слушателей к словам и мнению матушки Нины, ее умение «дойти» до каждого своего собеседника, разбудить в нем самые добрые мысли и чувства. Тема доклада, с которым она начала недавно выступать – «Царская Семья как идеал христианской семьи». О своей новой работе матушка Нина говорит так:  

 – Я хочу поделиться своими ощущениями от этой темы как человек, монахиня, которая до ухода в монастырь работала психологом, имеет звания и ученые степени, и как мать, у которой растет сын. Как-то один уважаемый мною человек сказал, что русские люди лучше умеют умирать, чем жить. Я не согласна с таким утверждением, потому что считаю: без праведной жизни человеку умереть достойно не удастся. По той простой причине, что в самом слове «смерть» заложено слово «мерило» – мера жизни, мера того, как прожита эта жизнь.  Так вот, что касается проблем семьи, с которыми нам приходится сталкиваться… Мы живем в особое время, когда очень многое в нашем государстве рушится.Рушатся те традиции, на которых создавалось когда-то очень мощное государство. Мы живем в то время, когда в России разрушается институт семьи, когда многие семьи стали одно– или малодетными, когда стабилен лишь рост абортов и социального сиротства (социальное сиротство – это дети-сироты при живых родителях), когда растет количество детей, пополняющих детские дома.  И очень хочется понять, что произошло, что было утеряно, почему в царское время в России при Николае II разводились лишь 2-2,5% семейных пар, а остальные семьи были крепкими и стабильными.  Что же происходит с нами сегодня? Как психолог могу сказать, что в сложившейся ситуации людям очень важно найти правильные ориентиры, идеал. Найти идеальных людей, не теоретически придуманных, а тех, кто реально жили совсем недавно и от которых нас отделяет не так уж и много времени.
Collapse )


 Вот когда эта иерархия соблюдается, то в семье идет все очень гармонично. Это подобно соку, находящемуся в живом растении: если перерезать у растения какую-то ветвь, сок перестает туда поступать. Сначала там еще теплится некая жизнь, но потом она прекращается, и лист или ветка отмирают. Точно так же и в отношении семьи: если на каком-то уровне нарушается благодать, нарушается эта Богом задуманная иерархия, то семья испытывает серьезные трудности. Это – духовный закон, который никто не отменяет, знают об этом люди или не знают. В Царской Семье была именно такая иерархия, традиционный патриархальный уклад. Конечно, Царица Александра могла быть в чем-то эмоциональна – всем психологам известно, что женщины более эмоциональны, чем мужчины. Но нельзя забывать и о том, что в Царской Семье всегда главой был Император. И надо понять, что он как мужчина нередко советовался со своей женой как помощницей, но окончательное решение всегда принимал лично. Это однозначно.  Давайте более внимательно посмотрим, какими Царь и Царица были супругами и родителями, и сравним их семейную жизнь с жизнью многих современных семей. Сейчас очень много супругов разводятся на самых разных стадиях супружеской жизни. Известно, что в супружеской жизни есть несколько периодов, которые называются кризисными и в которых существуют определенные факторы риска развода. Это и первый год супружеской жизни, и рождение первого ребенка… последний кризис, которого раньше никогда не было на Руси – выход на пенсию.  Все дело в том, что у нас потеряна культура семейных супружеских отношений. Почему потеряна? Потому что в основу создания семьи не ставится благочестие, в основу создания современных семей очень часто ставятся собственные мнения и личные амбиции: «Я сам все понимаю, и никто мне не указ». Что из этого происходит? А происходит то, что через некоторое время такие семьи, в которых люди не хотят слушать друг друга, начинают испытывать огромные трудности.  Здесь имеется два выхода. Первый, и лучший вариант, когда человек приходит к сократовскому убеждению: «Я знаю, что ничего не знаю» и начинает искать помощи у других людей. А другой выход, когда появляется озлобленность и желание порвать не только с семейной жизнью, но и уйти из жизни; у нас ежегодно регистрируется 60 тысяч самоубийств. Не случайно многие московские психологи говорят о том, что у нас в России целомудрие заложено в центр культурного ядра нации, и пренебрегать этим нельзя, потому что это проводит к нарушению государственной безопасности.  В отношении супружеской жизни Венценосной семьи можно с уверенностью говорить о том, что Царь и Царица были благочестивыми, глубоко верующими людьми, людьми целомудрыми. Понятие целомудрия и решило их судьбу: они жили по Божиему замыслу, пытались очень бережно относиться друг к другу и другому человеку – как к святыне. Целомудрие в браке – его основа: когда два человека смотрят друг на друга и видят святость друга, они относятся друг к другу как к святыне. Царь и Царица старались беречь это чувство – любовь, и, кроме того, они старались его воз-де-лы-вать. Не так, как происходит сейчас: чуть случатся в семье какие-то трудности, люди махнут друг на друга рукой и разбегаются в разные стороны… Если познакомиться с тем, что писала Царица Александра, можно увидеть и понять многое. Не забывая при этом, что это были реальные люди, жившие совсем недавно. «Любовь не вырастает, не становится великой и совершенной вдруг и сама по себе, но требует времени и постоянного попечения…»; « Как счастлив дом, где все – дети и родители – верят в Бога. В таком доме царит радость товарищества. Такой дом как преддверие неба. В нем никогда не может быть отчуждения»; «В устройстве дома должен принимать участие каждый член семьи. И семейное счастье – когда все честно выполняют свои обязанности»; «Дом – это место тепла и нежности». И вот так они жили, так понимали семейную жизнь – «место тепла и нежности», очень бережного отношения друг к другу. И дальше. Человека раздирают страсти.Вспоминаю, как недавно в монастыре на Новом Афоне умер совсем еще молодой монах; приехал другой монах, который сказал нам замечательную фразу, которая близка и понятна всем. Он сказал, что «только после этой смерти молодого схимника я понял, как дороги друг другу все люди, и что только грех отделяет нас друг от друга» – только грех.


 Так вот, члены Царской Семьи, не будучи монашеской семьей, хорошо понимали эти духовные тонкости, они понимали, что друг от друга исходят причины ссоры и разногласия. Поэтому они старались работать над усмирением своих страстей, старались проявлять добродетель. Об этом можно совершенно конкретно говорить, знакомясь с письмами и дневниковыми записями Святых Царственных Страстотерпцев. К примеру, Царица Александра Феодоровна, которая всей душой стала человеком православным, писала: «К спасению нужно стремиться каждый день и час, спасение достигается не одним нашим читанием, а усердным прилежанием, постоянным отрезвлением …» И дальше – «Живущий – возрастающий, слепой – возросший».  Император и Императрица стремились к спасению, и им это удалось, как и всем их детям. Поэтому все они, без исключения, причислены к лику святых.  Здесь нужно особенно остановиться на том, какими отцом и матерью были Царь и Царица. Это очень важно по одной простой причине. Сейчас очень многие родители говорят, что у них просто нет времени на воспитание детей и общение с ними, потому что они очень много заняты на работе. По отношению к Государю, говоря современным языком, давайте подумаем: кто больше него был в то время занят на работе? Хотя тогда это называлось службой… «Служить Богу, служить Отечеству…»  На его плечах лежала забота о всем государстве. Николай II был человеком, который прекрасно понимал, что за всю свою деятельность он должен будет дать ответ перед Богом. Во многих дошедших до нас воспоминаниях о Царе можно прочесть, что он был удивительным отцом. Конечно, он был очень много занят на службе, но то время, которое ему было позволено находиться с семьей, он использовал настолько мудро, что его можно назвать примером отца для всех. В своих воспоминаниях воспитатель и наставник царских детей Пьер Жильяр отмечает, что Император для детей был и отцом, и Государем, и товарищем. И объяснялось это тем, что перед Царем как Государем склоняли головы и министры, и духовные иерархи, и их мать, которая находилась в послушании мужу.  В отношении роли отца-Императора было сказано, что он был добрый отец, с открытым сердцем, которое отзывалось на радость и на беды детей. В нечастые совместные семейные вечера Царь лично хорошо поставленным голосом читал детям произведения русских классиков. Обратите внимание на эту деталь: он брал для чтения не первую попавшуюся книгу, он обдуманно подбирал книги, с чтением которых «выходил» в семью. И это тоже показатель бережного отношения к своим детям, к своей семье, осознания своей ответственности за воспитание детей. И этому нам сегодня надо учиться на примере Царя.  К сожалению, в современных семьях мы очень часто наблюдаем другое – когда мать и отец приходят с работы и говорят: «Мы устали». Дети вместо живого общения с родителями довольствуются телевизором или компьютером. В Царской Семье этого не было: была мера духовной ответственности, целомудренное отношение к жизни, к своим детям.  Давайте посмотрим, что выносят наши дети, когда проводят совместные семейные вечера совместно с родителями? Они понимают, что они любимы родителями. Потому что в любом другом случае детям трудно объяснить, что мы их любим. Они находят этому свое собственное объяснение: если бы родители нас любили, они находили бы время для общения с нами… Наши дети в такие вечера впитывали бы любовь, не страстную, а духовную любовь, которая помогла бы семье сплотиться во всех трудностях и которая помогла бы им при необходимости взойти на Голгофу всей семьей, когда никто не дрогнет, никто не предаст.  Остановлюсь еще на Царской Семье. Именно через Царя, через отца дети приучились заниматься физическим трудом. Известно, что Царь был физически очень развитым человеком, с детства приученным к труду; любил греблю. Поэтому в Царской Семье матросы обучали детей гребле и плаванью, они занимались наведением порядка и чистоты в доме и на территории. И это не было каким-то излишеством, это была родительская мудрость. Еще раз могу отметить, что в их воспитании не было каких-либо крайностей.  Крайности, наоборот, возникают сейчас в некоторых современных семьях, когда родители не готовят своих детей к реальной жизни. Одна из крайностей заключается в том, что взрослые начинают запугивать детей всеми страхами жизни, и их дети становятся трусливыми, боясь сделать самостоятельно самое элементарное. Или наоборот, истерично-безудержными, живя по принципу «будь что будет, я ничего не могу изменить». Вторая крайность – когда родители стараются содержать детей в тепличных условиях: они все возникающие у ребенка трудности берут на себя и таким образом воспитывают в детях беспомощность и зависимость от условий.  В отношении Царицы можно сказать, что это была очень мудрая мать. Воспитатель Царских детей Пьер Жильяр писал так: «Она была одарена самыми прекрасными нравственными качествами и всегда руководствовалась самыми благородными побуждениями. Она была честна перед собой, перед людьми и перед Богом». Она никогда бы не стала делать вид, что стала православной. И если она оставила прежнюю протестантскую веру и перешла в Православие, то приняла его всем сердцем, о чем она и писала в свое время.  Она была удивительной матерью: доброй, очень теплой, отзывчивой к нуждам своих детей. В Царской Семье все было удивительно естественно и гармонично, Александра Феодоровна была замечательной супругой и матерью. И этим она может быть примером для многих современных женщин, которые с головой уходят в карьеру, занимаются своим имиджем или прежде всего думают о благоустройстве дома, а не о детях.  Особенно отметим, что Царская Семья была семьей многодетной: в ней воспитывалось пятеро детей. По своей сегодняшней работе я знаю, что в современных семьях возникает очень много проблем в отношении детских ссор. Даже два ребенка не могут ужиться между собой: они начинают ссориться, у них возникает какая-то ревность по отношению к родителям и родителей к ним. А было ли такое в семье Императора? Было. Потому что это были реальные дети, со своими взглядами и чувствами. Но мать пыталась владеть ситуацией. В одном из писем старшей дочери Императрица пишет: «Не ссорьтесь друг с другом, это в самом деле просто безобразно. Всегда будьте любящими и добрыми».  Вот такие маленькие штрихи, маленькие зарисовки к портрету всех членов Царской Семьи, позволяют ближе познакомиться с их жизнью. Сумели ли Царь и Царица воспитать достойных детей, любящих друг друга? Сумели. Вот одна деталь нашей истории: четыре девочки, четыре княжны нередко подписывали свои послания единым именем, составленным из первых букв их собственных имен – ОТМА (Ольга, Татиана, Мария, Анастасия). В каких современных семьях есть сейчас такое единение?  В отношении Царевича Алексия ситуация еще более сложная. Перед родителями стояла особая задача его воспитания, ведь растет не просто сын – долгожданный, любимый всеми, – растет наследник престола страны, которую они очень любили и были ее истинными патриотами. В результате был воспитан такой ребенок, о котором окружающие его люди говорили, что из него в будущем для России вырастет великий царь. Есть воспоминания о том, как Царица наставляла своего сына. Она говорила так: «Не стоит гордиться своим положением – перед Богом все равны». И вот это ощущение, что перед Богом все равны – самое главное в воспитании человека.  В конце выступления мне хотелось бы привести еще одно высказывание Царицы Александры: «Родители должны быть такими, какими они хотят видеть своих детей – не на словах, а на деле. Они должны учить детей примером своей жизни». Это старый педагогический прием, известный уже много-много веков. Одно дело – знать, а другое дело – это знание в своей жизни воплотить примером для своих детей. И пример Царской Семьи, явленный нам – очень яркий.  Вспомните, как повела себя Царица, когда началась первая мировая война. Она пошла работать сестрой милосердия в госпиталь, где находились солдаты и офицеры, которые не щадили своей жизни за Бога, Царя и Отечество. Она пошла как любящая мать, потому что, как она писала сразу же после своей коронации, она ощутила, что это было ее венчание с Россией, что русские люди стали ее детьми. И так же, как она когда-то сидела у постели своего больного родного сына, она сидела у постели раненых российских солдат, молитвенно прося облегчения их страданий. Она работала в операционной во время сложнейших операций. Известно, что многие солдаты и офицеры, которые были на грани смерти, просили Императрицу, чтобы она просто посидела рядом с ними, и никогда не получали отказа.  Поступок матери стал примером и для Великих княжон, они последовали ее примеру. Старшие дочери, Ольга и Татиана, окончив курсы медсестер, тоже пошли работать в госпиталь. Многие знают, как представительницы женского пола реагируют на кровь, на открытые раны; преодолеть этот страх дано не каждому – только тому, у кого есть любящее людей сердце. А эти юные девушки работали в операционной, готовили бинты, шили белье.
http://belrussia.ru/page-id-3523.html
Рита  Мартин

Екатерина II. Мысли из особой тетради

Автор: BR doc
Дата: 2015-08-10 21:22
Я желаю и хочу лишь блага той стране, в которую привел меня Господь; Он мне в том свидетель. Слава страны — создает мою славу. Вот мое правило: я буду счастлива, если мои мысли могут тому способствовать. Государи кажутся более великими по мере того, как вельможи страны и приближенные более удовлетворяются в отношении богатства; изобилие должно царить в их домах, но не ложное изобилие, основанное на неоплатных долгах, ибо тогда, вместо величия, это становится лишь смешным тщеславием, над которым смеются иностранцы; я хочу, чтобы страна и подданные были богаты,— вот начало, от которого я отправляюсь; чрез разумную бережливость они этого достигнут.  Признаюсь, что, хотя я свободна от предрассудков и от природы ума философского, я чувствую в себе большую склонность почитать древние роды; я страдаю, видя, что некоторые из них доведены здесь до нищенства; мне было бы приятно их поднять. Можно было бы достичь восстановления их блеска, украсив орденами и должностями старшего в роде, если у него есть какие-нибудь достоинства, и давая ему пенсии и даже земли по мере нужды и заслуг, с условием, что они будут переходить только старшим и что они будут неотчуждаемы.

Collapse )


 Остерегайтесь, по возможности, издать, а потом отменить свой закон; это означает вашу нерассудительность и вашу слабость и лишает вас доверия народа, разве это будет только закон временный; в этом случае я желала бы заранее объявить его таковым и обозначить в нем, если возможно, основания и время, или, по крайней мере, обозначить в нем срок в несколько лет, по истечении которых можно было бы его возобновить или уничтожить. Хочу установить, чтобы из лести мне высказывали правду; даже царедворец подчинится этому, когда увидит, что вы ее любите и что это путь к милости. Говорите с каждым о том, что ему поручено; не награждайте никогда, если вас лично не просят о том; разве если вы сами намереваетесь это сделать, не будучи к тому побуждаемы; нужно, чтобы были обязаны вам, а не вашим любимцам, и т. п.  Тот, кто не уважает заслуг, не имеет их сам; кто не ищет заслуг и кто их не открывает, недостоин и не способен царствовать.  Я как-то сказала, и этим весьма восхищались, что в милость, как и в жизнь, вносишь с собой зачаток своего разрушения.  Уважение общества не есть следствие видной должности или видного места; слабость иного лица унижает место точно так же, как достоинство другого облагораживает его, и никто, без исключения, не бывает вне пересудов, презрения или уважения общества. Желаете вы этого уважения? Привлеките доверие общества, основывая все свое поведение на правде и на благе общества. Если вместе с тем природа наделила вас полезными дарованиями, вы сделаете блестящую карьеру и избегнете того смешного положения, которое сообщает высокая должность лицу без достоинств и слабость которого сквозит всюду.  Самым унизительным положением мне всегда казалось — быть обманутым; будучи еще ребенком, я горько плакала, когда меня обманывали, но зато я делала все то, чего от меня хотели, и даже неприятные мне вещи с усердием, когда мне представляли действительные доводы.  Видали ли когда способ действия более варварский, более достойный турок, как тот, чтобы начинать с наказания, а затем производить следствие? Найдя человека виновным, что вы сделаете? Он уже наказан. Пожелаете ли вы быть жестокими, чтобы наказать его дважды? А если он невинен, чем исправите вы несправедливость, что его арестовали, лишили его всякой чести, должностей и проч., без вины? Через такое легкомыслие вы сделаетесь достойными презрения. Значит, вы пожертвуете им из стыда сознаться, что вы ошиблись, и этим усилите свою вину перед очами Бога и людей. Если бы со мной случилось такое несчастье, я не стала бы колебаться, я пожертвовала бы своим стыдом справедливости, я исправила бы со всем величием души, на которое способна, зло, которое я бы сделала. В Венеции, в самом деспотическом месте Европы, если невинный брошен в тюрьму, а его невинность доказана, то доже, в сопровождении Сената, идут в тюрьму и провожают его с торжеством домой.  Ни к чему я не имею такого отвращения, как к конфискации имуществ виновных, потому что кто на земле может отнять у детей, и проч., таких людей наследство, какое получают они от самого Бога?  Не знаю, мне кажется, что всю жизнь мою буду иметь отвращение к назначению особой комиссии для суда над виновным, и особенно, если эта комиссия должна оставаться тайной; отчего не предоставить судам дела, относящиеся до их ведения. Быть стороной и еще назначать судей,— это значит выказывать, что боишься иметь справедливость и законы против себя; пусть вельможа будет судим Сенатом, как в Англии, во Франции, пэр судим пэрами; к тому же внушаешь подозрение, что имеешь выгоду найти его виновным и что дворцовые интриги создают преступление. Хочу, чтобы питали ко мне доверие, полагая, что я хочу лишь того, что справедливо, и что, когда я вынуждена кого-нибудь наказать, это потому, что оннарушил законы, свой долг перед Отечеством и перед тем, кто поставлен от Бога для поддержания порядка. Преступление и производство дела должны быть сделаны гласными, чтобы общество (которое всегда судит беспристрастно) могло бы распознать справедливость. Впрочем, в глазах этого общества никакое хвастовство не выдержит; удовлетворит его лишь правда; ставьте себя всегда в такое положение, чтобы она говорила за вас.  Сильная душа мало способна на совету душе слабой, ибо эта последняя не в состоянии следовать и даже оценить то, что первая предлагает ей согласно своему характеру; вообще, советовать — вещь чрезвычайно трудная; я хорошо знаю, как исполнить обдуманное мною дело, но у того, кому я советую, нет ни моей мысли, ни моей деятельности при осуществлении моего совета. Это размышление всегда меня располагало, при советах, какие я принимала от других, входить в мельчайшие подробности, даже усваивать слова того, кто мне советовал, и следовать совершенно его мысли. Это следствие моей осторожности ради успеха часто заставляло думать, что я была управляема, между тем как я действовала с открытыми глазами и единственно занятая удачей, всегда ненадежной, как только не сам задумаешь дело, которое собираешься совершить, ибо кто может поручиться, что способ соответствует вашему характеру, даже если он вам нравится.
ПРАВИЛА УПРАВЛЕНИЯ

Если государственный человек ошибается, если он рассуждает плохо или принимает ошибочные меры, целый народ испытывает пагубные следствия этого.

Нужно часто себя спрашивать: справедливо ли это начинание?— полезно ли?

Пять предметов

1. Нужно просвещать нацию, которой должен управлять.
2. Нужно ввести добрый порядок в государстве, поддерживать общество и заставить его соблюдать законы.
3. Нужно учредить в государстве хорошую и точную полицию.
4. Нужно способствовать расцвету государства и сделать его изобильным.
5. Нужно сделать государство грозным в самом себе и внушающим уважение соседям.
Каждый гражданин должен быть воспитан в сознании долга своего перед Высшим Существом, перед собой, перед обществом, и нужно ему преподать некоторые искусства, без которых он почти не может обойтись в повседневной жизни.
1. Императорская власть: поручать командование армиями и управление губерниями и назначать свой Совет.
2. Власть Сената: давать жизнь постановлениям указами для исполнения и регистрации.
3. ...передавать всем магистратам их гражданскую юрисдикцию.
4. ...получать апелляции всех судов.
5. ...некоторый надзор за финансами.

ПОМОЩЬ НАРОДУ ПРИ БЕДСТВИЯХ
1) Открыть кладовые и сокровищницы государства;
2) уменьшить таможенные сборы и налоги;
3) приостановить наряды на общественные работы;
4) снять запрещения, стеснительные для ловли рыбы, охоты и рубки леса;
5) облегчить продажу хлеба, отменив пошлины, и увеличить ее, принудив богатых открыть их амбары;
6) обойтись без подарков, которые подносятся государям, и без расходов по представительству на празднествах;
7) запретить пышность и разорительную обстановку похорон;
8 ) смягчить строгость законов и закрывать глаза на те проступки, в которых нищета замешана больше, нежели злой умысел;
9) облегчить браки и не придерживаться формальностей, требуемых законом;
10) запретить празднества увеселения и музыку;
11) издать указ о молебствиях, постах и пожертвованиях;
12) строго преследовать воров и бродяг.

Смягчить жестокости наказаний:
1) назначая смертную казнь лишь за тяжкие преступления;
2) устанавливая исключение для стариков, детей и единственных сыновей;
3) жалуя года прощения и уменьшения наказания;
4) соболезнуя слабости человеческой во всем, что представляется несчастьем, случайностью, несчастной минутной ошибкой;
5) не делая пытки из тюрьмы и допроса, в особенности для преступлений, относительно которых не имеется веских доказательств;
6) требуя, чтобы всякий приговор основывался на законных и полных доказательствах;
7) доверяя судопроизводство над виновными лишь таким судьям, честность, мудрость и бескорыстие которых всеми признаны;
8 ) оставляя себе последний приговор по всем преступлениям и проступкам, быстрое наказание которым не требуется интересами общественными; .
9) никогда не приговаривая всех виновных, откладывая приговоры для некоторых и смягчая приговоры низших судей;
10) наконец, пуская в ход все средства мудрости и высшей власти, чтоб предотвратить все преступления, отдалить возможность их, внушить отвращение к ним и заставить иссякнуть их источники.
http://belrussia.ru/page-id-3444.html