Ольга Бойко (pravoslavnaa) wrote,
Ольга Бойко
pravoslavnaa

Category:

ГРИГОРИЙ РАСПУТИН: УБИЙСТВО. Начало

ГРИГОРИЙ РАСПУТИН: УБИЙСТВО
Автор: Сергей ФОМИН


ГРИГОРИЙ РАСПУТИН: УБИЙСТВО


Фасад Юсуповского дворца, обращенный к Мойке

«Место встречи изменить нельзя»
Местом убийства Г.Е. Распутина заговорщики избрали Юсуповский дворец, располагавшееся на набережной реки Мойки (№ 94).
Собственно «Юсуповским» он назвался с 1830 г., когда был приобретен одним из членов этой богатейшей в России семьи.
Заговор с целью убийства Царского Друга совпал с перестройкой интерьеров личных покоев молодого князя, осуществлявшихся по проекту архитектора А.Я. Белобородова (1886–1965), незадолго до этого отлично справившегося с такой же задачей в здании Кабинета ЕИВ и Аничковом Дворце.

Герб князей Юсуповых над парадным входом во дворец
«Для апартаментов молодых Юсуповых, – вспоминал А.Я. Белобородов, – был предназначен нижний этаж всего левого крыла дворца с отдельным входом и четырнадцатью окнами, выходящими на Мойку, и с соответствующими помещениями с окнами в сад. Исключительная задача устройства этих апартаментов зависела от многих причин. Прежде всего, личность и характер молодого Феликса Юсупова были совсем необычны, а от него зависели все решения. Княгиня иногда присутствовала в обсуждении возникавших вопросов или при предоставлении проектов, но ни разу не проронила ни слова […] При обсуждении будущих работ он давал полную волю полету своей фантазии, совершенно не считаясь ни с трудностью, ни с осуществимостью своих идей. […] При уборной Ирины Александровны, по желанию Юсупова, был спроектирован тайник для драгоценностей […] Другой, более обширный тайник, был устроен в библиотеке; в него попадали через маленькую дверь, скрытую за шкафом, который поворачивался вместе со всеми книгами. […] Много было причуд во всех апартаментах, но больше всего в той части, которая предназначалась для возможных приездов князя в периоды, когда княгиня отсутствовала и парадные апартаменты были закрыты. Здесь был целый лабиринт небольших помещений с винтовой лесенкой, спускавшейся в подземелье, которое должно было служить столовой. […] В его [князя Юсупова] натуре странно сочетались наивное ребячество с верой в собственное высокое предназначение…»

Левое крыло дворца, выходящее на набережную Мойки, на первом этаже которого были покои молодых князей Юсуповых
О подготовке помещения, в котором произошло убийство старца, А.Я. Белобородов написал особо, вставляя в текст страницы из своих дневников: «В период непосредственно предшествовавший роковой ночи убийства Распутина и в ближайшие дни после нее мне приходилось почти неотлучно находиться в Юсуповском дворце и по много часов проводить в обществе молодого князя». При этом архитектор подчеркивал ту «странную напряженную атмосферу, которой были проникнуты эти трагические дни».

Окна кабинета, где находились убийцы, а под ними - окна подвала, в котором происходило само убийство
В первых числах декабря 1916 г. князя Ф.Ф. Юсупова навестил его друг и подельник – Великий Князь Димитрий Павлович. «Его Императорское Высочество, – читаем в дневнике архитектора, – выражает желание посмотреть подземное помещение. Ряд зал, через которые мы проходим, как будто мало его интересуют. В подземелье он остается долго и внимательно его осматривает. Пристально смотрит на окна, выходящие на Мойку, помещенные в распалубках гранитных сводов. Единственный вопрос, который он задает мне: “Как закрываются окна на ночь. Нужно, чтобы были прочные, массивные, дубовые ставни”».
Несколько дней спустя дворец посещает художник А.Н. Бенуа. Его также почему-то особенно занимает «та часть апартаментов, которая образует как бы гарсоньерку молодого князя. Эта часть дворца, отделённая от прочих покоев, парадным входом […] После осмотра подземелья, поднимаясь по дубовым ступеням лесенки, Бенуа говорит мне: “Ну и нафантазировали же вы здесь, батенька, – это какой-то Рокамболь! Вот увидите, что-нибудь да произойдет здесь”».

Часть интерьера княжеской гарсоньерки. Современный снимок
В дневнике А.Н. Бенуа описано это посещение (24 ноября): «В 2 ч. […] у молодого Юсупова – смотреть новые личные его апартаменты […] Они в нижнем, надподвальном этаже по левую сторону от главного подъезда на Мойку. […] Под большим кабинетом помещается в подвале еще одна, еще не законченная отделкой большая сводчатая комната с окном – […] в уровень с мостовой улицы».
И вновь записи архитектора. (13 декабря): «Князь Юсупов говорит мне: “Андрей Яковлевич, послезавтра у меня собираются несколько друзей; я бы хотел их принять в нижней столовой; постарайтесь закончить в ней всё к вечеру этого дня. На другой день мы поедем с вами в Москву и оттуда в Архангельское».
(15 декабря): «С раннего утра кипит работа под землей. Еще недавно здесь был банальный погреб для угля. Теперь всё стало неузнаваемым. На квадратные плиты пола опираются могучие своды серого гранита. Сюда приносят старинную мебель массивного темного дуба; перед монументальным камином из темно-розового полированного гранита расстилаются шкуры белых медведей.
Мало мебели, мало предметов, но все они носят печать какого-то сложного и причудливого далекого прошлого.
Против камина в глубине закругленной части, образующей род апсиды, через раскрытые дверцы старинного “кабинета” вид на фантастическую перспективу разных колонок и их безконечные анфилады, отраженные маленькими зеркалами. Наверху – чаша, сделанная из страусового яйца в серебряной оправе. В распалубках, образующих род звезды в сферическом своде, – глубокие мягкие кресла и низкие столики, покрытые старинной парчой.
На полу медные сосуды причудливой формы с живыми растениями. В нише галереи, ведущей на винтовую лестницу, против одной из арок, отделяющих галерею от главного помещения, ставится шкаф резного черного дерева, увенчанный древним распятием из слоновой кости.
Весь этот день прошел в лихорадочной работе в подземелье».

Дубовая лестница в подземелье. Современное фото
15 декабря 1916 г., полночь. Встреча с князем, чтобы бросить последний взгляд на помещения, приготовленные к ночному приему: «Мне открывает большую парадную дверь старый швейцар в пышной ливрее, весь увешанный орденами и медалями.
– Их сиятельство просят вас пройти в нижнюю залу.
Через анфиладу личных парадных покоев молодого князя, слабо освещенных дежурными лампами, я спускаюсь вниз по маленькой винтовой лестнице из темного, почти черного дуба между оранжевыми стенами.
В комнате никого нет, и она слабо освещена; сажусь у стола ожидать прихода Юсупова. В полной тишине проходит несколько минут.
И вдруг я вздрагиваю от неожиданности, услышав голос князя из глубины апсиды: “Какое удивительное настроение в этой комнате, какая тишина и покой, как далеко, кажется, находимся мы здесь от всяческой мiрской суеты!”
О чем думал он и какие картины того, что должно было вот сейчас произойти здесь проходили перед его глазами, пока он сидел и молчал в кресле, скрытый от меня пилястрой апсиды?»
Хозяин был весь во власти предстоявшего…

Место преступления. Фото 1917 г.
Определенный интерес представляет дальнейшая судьба архитектора. В феврале 1920 г. А.Я. Белобородов по льду Финского залива из Петрограда бежал в Финляндию. Оттуда выехал в Англию. В Лондоне, по приглашению князя Ф.Ф. Юсупова, декорировал «Голубой бал», состоявшийся в Альберт-Холле в пользу беженцев из России. На балу блистала Анна Павлова.
Впоследствии по заказу балерины Александр Яковлевич составил проект театра на берегу «Лебединого озера» в ее имении Ivy House в лондонском предместье Хемпстеде.
Судя по всему, А.Я. Белобородов так и не завел семью, что в связи с привязанностью к нему князя Феликса наводит на некоторые мысли.

Зинаида Серебрякова. Портрет А.Я. Белобородова. 1925 г.

За границей Александр Яковлевич работал не только как архитектор. Он был известен как неплохой акварелист, график. С его гравюрами были изданы, например, книги небезызвестного французского посла в Петербурге Мориса Палеолога. Пожив в Париже, осенью 1934 г. он переехал в Рим, где остался до конца дней, приняв даже католичество. Там он и скончался 24 февраля 1965 года. Похоронили его на кладбище Тестаччо, близ пирамиды Цестия, недалеко от памятника Брюллову.

Окна квартиры Г.Е. Распутина (под балконом) в доме на улице Гороховой

«Приглашение на казнь»
Поздно вечером 16 декабря 1916 г. князь Ф.Ф. Юсупов позвонил в дверь квартиры Г.Е. Распутина на улице Гороховой.

Та самая дверь…

Через некоторое время они вышли.

Окно на лестничной клетке

Григорий Ефимович в последний раз спустился по лестнице дома и вышел во двор.

Предстояло ехать в Юсуповский дворец на Мойке…

Юсуповский дворец на карте Петербурга 1903 г.


Дореволюционная открытка с видом Юсуповского дворца в Петербурге

А за рулем был врач-убийца…
На улице вышедших из дома Г.Е. Распутина и князя Ф.Ф. Юсупова ждал автомобиль. За рулем сидел врач С.С. Лазоверт.
Но какой именно это был автомобиль?
Данные об этом крайне противоречивы. Однако если принять в расчет (с известной, разумеется, долей осторожности) свидетельства участников убийства и поверить ее логикой событий, то более или менее верную картину установить, как нам кажется, возможно.
В литературе о Г.Е. Распутине часто приводят фотографии Великого Князя Димитрия Павловича на автомобиле, датированные 1913 годом.
На них он запечатлен на бельгийском автомобиле «Металлюржик» (Metallurgique 15/30 CV) модели 1912 г.



Великий Князь Димитрий Павлович на своем автомобиле. 1913 г.

Машина была пятиместная, открытая. По последней причине вряд ли на ней приезжали на Гороховую за Г.Е. Распутиным. Князь Юсупов приехал вечером, выходили не через главный вход, а на открытом авто трудно было сохранить инкогнито.
Так что приехали на закрытом автомобиле. То, какой именно марки он был, установили буквально недавно. Согласно сохранившимся в справочниках сведениям, в 1913 г. у князей Юсуповых была как раз закрытая машина – Роллс-Ройс Ландоле мощностью 40 л.с., регистрационный номер 1947 (http://toro-toro-toro.livejournal.com/23119.html).

Rolls-Royce. Landaulet. 1913 г.
В то время как автомобили многих представителей русской знати были мобилизованы на военные нужды, князь Ф.Ф. Юсупов, благодаря своим родством с Императорской Фамилией, сохранил за собой авто.
Именно на этой английской машине преступники и повезли Царского Друга на убой.






Заметая следы совершенного преступления, убийцы имитировали отъезд якобы живого Г.Е. Распутина из Юсуповского дворца на Гороховую. Для этого был использован уже открытый автомобиль Великого Князя Димитрия Павловича, на котором он в тот день приехал на Мойку.


Бельгийский автомобиль «Металлюржик». Такой же, каким владел Великий Князь
Заехав к себе во дворец, Великий Князь сменил автомобиль, возвратившись на Мойку уже на закрытой машине. Нужно было вывезти тело в заранее намеченное место. Для этого автомобиль должен был удовлетворять нескольким требованиям. Во-первых, надежно скрывать опасный груз от посторонних глаз. Во-вторых, не затруднять манипуляции с телом. В-третьих, не подлежать досмотру полицейских и патрулей. Вот, между прочим, почему машина князя Ф.Ф. Юсупова для этой акции не подходила. Он был родственником Государя, но все-таки не Великим Князем.
Что же касается удобства, то, как полагают знатоки ретро-автомобилей, этим требованиям вполне удовлетворял уже известный нам Роллс-Ройсе 40/50 Ландоле с легко открывавшейся задней частью кузова, благодаря чему можно было легко манипулировать телом на заднем сиденье.





Роллс-Ройс Ландоле. Модели 1910 и 1911 гг.
http://www.nashaepoha.ru/?page=articles&lang=1&id=6390
Tags: Царский друг
Subscribe

Posts from This Journal “Царский друг” Tag

promo pravoslavnaa january 1, 2017 17:27 3
Buy for 20 tokens
Начало XXI века совпало со знаменательной датой 2000-летия Рождества Христова. Мы современники, которым посчастливилось стать свидетелями такого знаменательного рубежа веков и многих юбилеев, в первую очередь 300-летие основания нашего города. Незаметно летит время, в ушедшем году мы уже отметили…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments