Ольга Бойко (pravoslavnaa) wrote,
Ольга Бойко
pravoslavnaa

ВЕЛИКАЯ КНЯГИНЯ ОЛЬГА АЛЕКСАНДРОВНА КАК БЛАГОТВОРИТЕЛЬ И ХУДОЖНИК

Я два дня усиленно рисовала. Я тут плохо рисую - нет своего угла - да и на воздухе тоже дело не лучше!"


          vk_04.jpg         vk_05.jpg

Требовалось время, чтобы как следует обустроиться, отдохнуть от треволнений переезда из Европы, создать необходимые условия для творчества. Новый 1949-й год семья Великой Княгини Ольги Александровны встретила уже в Канаде. С щемящим чувством утраты они прислушивались к своеобразной радиоперекличке из разных стран: из Дании, Швеции, Бельгии, Англии и Франции передавали пение церковных хоров и перезвон колоколов при встрече Нового года. Слышимость была прекрасной, но разделяло их теперь с милой сердцу Данией и Европой тысячи миль и несколько часовых поясов. В Канаде было 8 часов вечера.
Великая Княгиня чудно провела утро Нового года: рисовала маслом картину с этюда, сделанного осенью в лесу, и кончила другую большую, заброшенную тоже осенью.
Как вспоминала Ольга Александровна, "первая Пасха в Канаде в 1949 году была вполне светлая - слава Тебе, Господи!.. В Чистый Четверг все приобщались, встав не раньше, но уехав раненько из дому... Это было радостно. Из Церкви попали к Гурию и покушали немножко. В Пятницу были утром в Церкви и в Субботу утром приложились к Плащанице... Столько цветов было вокруг Плащаницы - в горшках и вазах - так красиво и солнце заливало Церковь. Много было причастников. Один молодой человек встал около меня под конец и я его поздравила и дала руку - моя рука оказалась такая холодная, что он положил левую руку сверху - невольно и сказал: "Какая холодная рука", - и я, конечно, ответила: "Да, но сердце теплое", - с чем он согласился из вежливости! Без всякого рецепта мои пасхи вышли замечательные".
На Троицу в тот год выпала сильная жара. Утром вся семья отправилась в церковь. Поехали к Обедне в Toronto в 9 часов из дому. По воспоминаниям Великой Княгини, "было чудно и радостно, как всегда, в этой особенной Сельской Церкви. Хор чудный, поет с таким увлечением, громко - четко и мотивы настоящие, а не концерты. Хор смешанный, голоса молодые - и чистые - регент красавец-бас (хорошо, что они на хорах, а не внизу). Продолжалась Обедня до 1 ч. 10 ... Толпа большая - был прежний батюшка - нас пригласили всех вниз в подвалы пообедать, но Папа устал и не хотел, что было жалко".
Суровые канадские зимы, в чем-то сродни русским, и отдаленность фермы от города создавали дополнительные трудности для выездов в церковь. Случалось, они не могли выбраться в город из-за снежных заносов: "У нас весьма холодно, и все застревают около нас в снегу. По шоссе же ехать пока можно, но не всегда. Например, мы собрались было в Сретение в Церковь, но увы! Второй год в этот день не выбраться было со двора... Градусов 20 и ветер вот уже 3-й день совсем, как в России", - с горечью констатировала Ольга Александровна.
"Сегодня Среда - мы опять собирались в Церковь, но опять такой снег выпал и у нас, а главное, в самом Торонто, что звонили оттуда, что непролазно... Мы в полосе невероятного невезения... Гуляла я по глубокому снегу. Не знаю, как удастся вылезти завтра, но хотим попробовать. Редко рисую, но хочется, и то приятно..."
Когда же представлялась хоть малейшая возможность, эти своеобразные "паломничества" обязательно совершались, хотя для этого и приходилось прилагать титанические усилия: "Мы еле-еле выбрались сегодня в 8 часов утра, чтобы поехать в Церковь к обедне и панихиду несколько раз заказывали. Сугробы такие, что работники Павло и Вацлав лопатами нас выгребали и пихали, пока вышли на проезжую дорогу. Как-то бывает так чудно тут в Церкви и молится и верится так легко-легко. Одна дама причащалась, и больше не было никого. Затем приехал Гурий, а Тихон, бедный, подошел к "со святыми упокой" - его мотор замерз и он бился часа 2 и приехал весь грязный и расстроенный - так жалко, а он именно так хотел! Гурий нас очень звал и настоял, чтобы мы вернулись и позавтракали у них, что мы и сделали, и было уютно".
Со временем старший сын Великой Княгини Ольги Александровны Тихон Николаевич вошел в церковный совет местной русской церкви и, естественно, связи семьи с клириками и прихожанами только укрепились. Как вспоминала Ольга Александровна, " езжу с Тихоном часто в город - к каждой Преждеосвященной обедне. Когда хорошая погода, я хожу всю дорогу пешком - берет час, а по дороге гляжу жадно в окна магазинов, где много пасхальных разных яиц шоколадных и т.п. Если проголодаюсь, захожу и выпиваю горячий какао - с 2 гренками с мармеладом апельсинным - все за 15 центов! Имею знакомого безногого нищего, сидящего на солнце - которого знаю все эти 6 лет, и мы рады друг другу. В Церкви то 2 причастника, то много, как придется. Поют слепцы (так выражается Папа), но если служит Владыка, то поет с ними батюшка и весьма помогает... У него голос хохлацкий и красивый... Тихон сидит в церковном совете и иногда рассказывает очень забавно о их собрании".
Очень тепло отзывалась Ольга Александровна о местном священнике: "Мы с Тихоном поехали ко всенощной, после чего праздновали нашего батюшку: 25 лет священства, 25 лет свадьбы и 50 лет отроду. Собрали ему на подарок серебро. Пир горой был в подвале, 5 длинных столов, больше 150 человек, шум был большой. Ужин холодный, и надо отдать справедливость нашим милым "сестрам" - замечательный! Речи были всякие, но гораздо лучше всех говорила одна жена сапожника Соловейко... Она так от сердца сказала все, что думает о батюшке и матушке, что всех, произносивших банальные речи, заткнула за пояс. Сколько они помогали людям, как батюшка удержался тут после 5-ти священников, которые ничего не могли сделать, и по очереди - бежали все. А он собрал по копейке, купил в доме нынешнюю нашу церковь - он и его добрая помощница матушка. Да, бывают такие тихие незаметные люди, которые столько добра приносят другим. Сердце радовалось слышать все это. Сидели мы за столом до 12 часов, все съели и все выпили... Тихон и я поехали домой очень довольные..."
Посетила однажды Великая Княгиня и сербскую православную церковь, памятуя, сколь много добра сделали братья-сербы для русских людей, приютив большое количество беженцев после революции. Однако это посещение оставило у нее двоякое чувство: "В Воскресение, мы с Тихоном в 8 ч. утра отправились в конец города на освящение Сербской церкви... Чудный перезвон нас удивил - оказалось - граммофонная пластинка - замечательно громко! Служат по церковно-славянски, но как-то "около" вся служба. Церковь маленькая, священников много, они спотыкались --у одного загорелась риза снизу, т.к. у сербов свечи на полу стоят в ящиках с песком. Толпа, духота и как мы были рады убраться домой и попасть на свежий воздух к запаху сирени и ландышей".
Стремление на волю, на свободу, к природе было всегда свойственно Великой Княгине. Здесь она находила отдохновение и источник для своего художественного творчества. Ее словесные описания канадских ландшафтов, цветов, деревьев - удивительно точны и красочны. Они особым образом дополняют ее картины.
Вот как описывает Ольга Александровна свои впечатления от канадской природы:
"Тепло опять стало после 3-х холодных дней. Леса полны цветами: 1) белые - в типе датских белых Anemone - но гораздо крупные и жирные, выходят они из одного аппетитного свернутого листа - совсем (но меньше) как виноградный лист; 2) желтые - похожи на лилию - красиво очень. Ну, и наши "перемески" (Hepatica); 3) есть еще мелкие цветочки розовые - ковер их под ногами... И представьте себе все это в лесу, все вверх и вниз среди больших и поменьше камней вроде скал... Я иногда (каждый день) стою смотрю и оторваться не могу - от этой красоты".
"Был чудный вечер, все благоухало - в лесах пахло, как в России, - березой и цветущими деревьями всякими... И мы, проезжая мимо дома и сада одних друзей, увидали их - и вышли. Такой чудный сад! Ландыши, сирень и все пахло, и обошли мы дом, а с той стороны - глубокая "чаша" вся в лесу и далеко видно... очень прекрасно. Я была рада видеть все это, и люди милые (он судья), они копались в саду и вынимали свои отцветшие тюльпаны - были грязные и довольные своим вечером... Мы вернулись домой только в 10ч. и легли спать. Так было приятно видеть нечто новое - хотя я наслаждаюсь ежедневно дома и даже рисую - всё цветет и так прекрасно! Что тут странно и поражает - это то, что можно далеко войти в лес и там встречаешь массу красивых цветущих яблонь, сирень вдруг вдоль дороги, где никто не живет, и всё такое удивительное! На днях Папа повез Мимку и меня на так называемую "старую ферму", где нас оставил... Я рисовала мое любимое место, а Мимка впервые там была - и с палкой в руках ходила любовалась на те огромные 20 старых яблонь и на огромный куст сирени - вблизи руины дома, где когда-то жили люди, - лет 40 тому назад... Людей уже нет, а часть их сада стоит - колодец с студеной водой и старый огромный сарай... Это мое любимое место".
"На веранде чудно цветут красные герани, прилетает птичка "Колибри" и сосет мед из них - так забавно - а душкинский зверек полубелка (chipmunk) желтенькая с полоской прибегает съедать все остатки груш, персиков и винограда - сидит на задних лапках и держит еду передними. Он нас не боится - только собаки. Цикады все еще поют, но за то птицы разные начали готовиться к отлету: поют и свистят, летают стаями и т.д. У нас, оказывается, курник - бывший "Kro" - пользовался такой ужасно дурной репутацией, что, наконец, его закрыли и перетащили на нашу ферму; он деревянный - внизу место для плуга и т.п., а наверху курник (где раньше были №№), назывался "Содом"... Я теперь смотрю на этот сарай с почтением - ибо видал виды! Я его уже нарисовала, так как он красив в своем роде".
"Было три целых дня свободных, и Тихон наслаждался. В первый день мы с ним поехали в новое для меня место - очень красивое, где у профессора Страховского маленький деревянный домик. Всего там 3-4 домиков местных. Пока Тихон с ним разговаривал, я с собаками гуляла по красивой тропинке - лес, вода и поля - да речка журчащая... Наконец, подошла к садику и домику, где я стояла и любовалась, думая, что необитаемо - вдруг из домика вышел маленький глухой старичок, подошел ко мне, я извинилась, но он отворил калитку, пригласил в сад, затем в дом чай пить! Рассказал, что его домику (срубу) лет 150 - времен диких индейцев, но тогда дверей не было, а только люк в крыше... Потолок низкий, а в середине простая дробина на чердачок - для спанья. Очень симпатичный старичок и старушка - живут зимой и летом там...
Я опять стала рисовать - цветы (акварелью) желтый шиповник, сирень, яблони и все, что красиво и что можно комбинировать красиво вместе..."
"Получила (в подарок) горшок с филодендрон. Он мне напоминает Новоминскую, где у всех себя уважающих казаков росло это растение до потолка и вокруг всего. Надеюсь, что и моя сделает так же.
Я стала вдруг рисовать довольно большие акварели - цветы всё. Я их собираю и потом в вазе рисую. Одна у меня с ромашкой и этими длинными синими (колючий ствол), которые Mr. Clerc называл "Bouracne" , кажется, "синьки" по-русски, и пчелы любят. A propos пчел, к нам прилетает красивый колибри и шумит крылышками - стоит в воздухе над моими цветами и улетает опять - он не намного больше пчелы сам".
Когда же выпадало немного времени между хлопотами по хозяйству и рисованием, Великая Княгиня читала книги, в основном духовного содержания или же те, что представляли семейный интерес.
"Читаю чудную книгу о преподобном Серафиме Д-ра Анатолия Тимофеевича, он живет US в монастыре Ново Дивеевском. Говорят, там такая благодать, чувствуется любовь отца Серафима..."
"У нас очень жарко - такое благорастворение воздухов! Все пахнет после гроз и, наконец, выпал дождь сильный и короткий... Весь огород сразу вылез из земли. Спаржа уже кончилась. Читаю потихоньку книгу Гавриила Константиновича "Мраморный дворец". Иногда я читаю кусочки вслух Тихону, и мы катаемся со смеху, ибо у него так иногда смешно и совсем по-детски выходит. Например: "Когда моя матушка рожала, отец всегда надевал белый китель..." Ужас как смешно! И много вещей подобных."
"Только что прочла замечательную книгу, написанную Жидом - о святой Bernadette (в Лурде). Так идеально, интересно и, можно сказать, духовно всё описано, что поразительно. И пишет, будто знал ее жизнь, ее самою и все трогательные события лично. Раньше читала, но все было так "католически" написано, а тут - только просто и духовно. Называется "Песня о Бернадет" (по-английски). Читала, плакала и умилялась. Она ведь была совсем не умная и весьма плохо училась в школе - ее семья была очень бедная, они жили в одной "cachot" старой упраздненной тюрьмы и были почти всегда голодные... Сперва никто ей не верил, притесняли всю семью из-за нее... Очень трогательно. Написано в 1941, когда из Германии бежали евреи, и этот вот жил в Lourdes и поразился этой историей..."
"Я усиленно читала книгу отца Леонида и кончила. Такую книгу надо без конца перечитывать, чтобы не забывать о загробной жизни, пока мы еще на этом свете и можем исправить нашу жизнь и молиться и каяться о грехах наших",- таков был духовный настрой и читательский интерес Великой Княгини.
Постепенно, по мере того, как расширялся круг канадских знакомых Ольги Александровны, рос ее авторитет как художника в глазах окружающих. Не забывали ее и датчане. Оттуда приходили письма с заказами на новые картины. Это давало дополнительный стимул для творчества.
"У нас - а главное - у меня завелось много новых знакомых - очень симпатичных и интересных. Один канадский художник, который в этом году в марте месяце был в нашей родине и много интересного рассказывал. Их возили даже на Кавказ - все воздухом - поездов не видал близко. Все музеи видал, Эрмитаж в Питере, в восторге от старых художников, но наоборот от новых, которым почему-то не позволено рисовать то, что им хочется - и от этого таланты пропадают..."
"Все новые и новые знакомые! И все такие милые и симпатичные... Много среди них старушек наших лет и интересные люди всякие. Прямо поражаюсь, что как было в Дании, так продолжается тут: перед тем, как продала картину, нахожу монету! Недавно подняла копейку - продала 7 картин через 3-4 дня. Сегодня опять: гуляю, нахожу тоже медяшку... Интересно, что будет?
Дочка Эрика написала мне, просит, чтобы я скорее прислала ей 6 картин - полевых цветов и в этом роде... Я в 2 дня нарисовала уже 2... Принесла полузамерших "Иван-да-Марья" из соседского сада - это одна, а вторую я скомбинировала с имеющегося у Тихона и еще другого рисунка (мои же), вышло не дурно. Такой заказ меня сильно "влечет вперед" и я с великой охотой кидаюсь на работу".
"Сегодня неожиданно выпал совсем летний, чудный день (а утром был мороз). Я весь полдень рисовала и так наслаждалась. Тепло и очаровательно в лесу. Я отправила всего 10-22 картин в Kobenhaun, т.к. все остальное за эту осень тут продала (это было мне гораздо выгоднее, конечно, но в Дании лестнее для моих чувств!)".
"Оказывается, я продала 10 картин... Как я рада, мы считаем все, что это весьма удачно и хорошо. Кроме того, я получила много писем, любезных писем от неизвестных лиц, хвалящие мои картины, и даже приезжают знакомиться со мною (и кофе пьют у нас!) разные дамы средних лет... Очень весело!", - вспоминала с добрым юмором об этих визитах Великая Княгиня.
Надо сказать, что по своему характеру Ольга Александровна не очень жаловала светские приемы и была вынуждена очень редко бывать на них - больше из вежливости. И когда такое случалось, она говорила, что эти приемы "что-то из другого мира".
Хотя однажды, в сентябре 1954 года, один такой "высокий" визит и помог Великой Княгини для укрепления ее авторитета в глазах наивных окружающих: "У нас была Марина Герцогиня Кентская (дочь Елены Владимировны). Действительно, красивая и очень милая. Она звонила, что хочет приехать 4 сентября в субботу в 10. 30. До ея приезда Тихон с Агнетой почистили наш дом (чему я была довольна, т.к. знаю, что запускаю!). Наехало много полицейских, разбрелись по кустам и по полям и у нас по саду. Мои дети были так довольны ея приезду - прыгали вокруг, угощали рюмочкой вина и не давали нам, как следует поговорить вместе, а много хотелось. Она сказала, что Ксения ничего себе, а я знаю, что Ксения очень любит Марину и радуется, когда та ея навещает. Ну, вот и мы порадовались, и наши ближайшие соседи порадовались и полюбовались ея красотой. Мои акции очень поднялись: с тех пор незнакомые дамы, когда я, гуляя, прохожу мимо их садиков, зовут меня в сад и расспрашивают о родстве с высочайшими особами. Один хозяин магазина, где я уже 3 года торгую, спросил меня: "Вы должны чувствовать себя очень гордой, что настоящая герцогиня посетила ваш дом?" Тихон так смеялся и радовался и придумывал всякие ответы, которые я не сказала!!"
Конечно, наивные канадцы и представить себе не могли, что живут рядом с Великой Княгиней, багрянородным ребенком Всероссийского Самодержца Александра III, родной сестрой последнего Русского Царя Николая II, которая по рождению уж никак не уступала английской герцогине. Но скромность Ольги Александровны была столь велика и столь естественна, что простолюдины принимали ее за ровню, и только близкие и русские эмигранты понимали истинную картину вещей.
Именно из-за своей нелюбви к светским раутам и приемам Ольга Александровна предпочитала свои картины отправлять в Данию, чем выставляться в Канаде, так как местные нравы требовали сначала создать вокруг своего имени некое общественное "паблисити", а это отвлекало от творчества:
"Я стала много рисовать - появилось желание, а толчок дало мне письмо из Дании от одного из этих молодых людей из City, который просит прислать картин. Тут трудно устроить. Очень странно, чтобы делать выставку или чего-нибудь в этом роде: надо написать приглашения множеству дам, сделать большой чай, поговорить о "будущей выставке", и тогда только делать... Я не могу это делать - слишком глупо как-то! Гурий уверяет, что так все делают, и единственный способ начинать какое-нибудь дело", - вспоминала Великая Княгиня.
Как бы там ни было, к ней пришло признание как художнику по обе стороны океана. И хотя сама она не любила выезжать в канадский "высший свет", люди уже со всего света разыскивали ее и посещали ее гостеприимный дом, чтобы выразить признание и засвидетельствовать свое почтение. Иногда доходило до смешных курьезов: у Ольги Александровны и незнакомых прежде с Великой Княгиней посетителей обнаруживались общие знакомые! Тогда ее младший сын Гурий любил повторять: "Не говорил ли я всегда, что Дания большая, а мир маленький?"
Да, воистину - узы любви и художественного творчества связали русскую Великую Княгиню и внучку датского короля со всем миром!
Однако ведение собственного хозяйства не сложилось так, как это было в Дании, и поэтому ферму вскоре поменяли на домик в предместье Торонто.
Здесь Ольгу Александровну посещали родственники: Ея Высочество Княжна Вера Константиновна, Его Высочество Князь Василий Александрович. Из Англии Ее навестили герцогиня Марина Кентская, Лорд Маунтбаттен с супругой, а королева Елизавета II пригласила Великую Княгиню с сыном Тихоном Николаевичем на завтрак на свою яхту "Британия".
Дома у Ольги Александровны в 1951 году отмечалось 300-летие основания Ахтырского полка. Старые офицеры съехались со всех концов Канады и Соединенных Штатов. В этот же период Великая Княгиня стала покровительницей Объединения кадет в городе Торонто.
Великая Княгиня скончалась 24 ноября 1960 года и была похоронена на русском кладбище "Норт Йорк" рядом со Своим горячо любимым мужем Николаем Александровичем, умершим всего на два года раньше Нее.
Идея создания Благотворительного Фонда помощи России имени Ея Императорского Высочества Великой Княгини Ольги Александровны проистекает как бы из самой судьбы этой скромной, но величественной Женщины. Христианские начала помощи ближнему, воспитанные Великой Княгиней в Своем старшем сыне Тихоне Николаевиче были источником вдохновения в нашем труде. Эти высокие стимулы движут нами и сейчас.


Публикуется по: http://www.fund-olga.ru/vk/ru/vk-1.htm


http://www.nashaepoha.ru/?page=obj67854&lang=1&id=2443

Tags: Романовы
Subscribe

Posts from This Journal “Романовы” Tag

promo pravoslavnaa january 1, 2017 17:27 3
Buy for 20 tokens
Начало XXI века совпало со знаменательной датой 2000-летия Рождества Христова. Мы современники, которым посчастливилось стать свидетелями такого знаменательного рубежа веков и многих юбилеев, в первую очередь 300-летие основания нашего города. Незаметно летит время, в ушедшем году мы уже отметили…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments